Настя помогла мне подняться и отвела меня в ванную комнату. А у меня даже не было сил хоть как-то привести себя в порядок. Я просто присела на краешек ванны и в молчании уставилась в пол невидящим взглядом.
— Подожди меня здесь, — суетилась вокруг подруга. — Я сейчас… Я сейчас…
Она быстро выбежала из ванной, прикрыв за собой дверь, но потом вдруг снова вернулась. Бросив на меня внимательный взгляд, она стала искать что-то на полках. Я заметила, как она забрала бритвы и ножницы.
— На всякий случай, — пояснила она.
— Я об этом даже и не думала, — устало ответила я ей.
— Я решила перестраховаться. Подожди меня тут, я сейчас, — и снова выбежала из ванной.
Я включила воду, подставила пальцы под прохладную струю и в немом оцепенении наблюдала за тем, как вода струится по пальцам. Ни одной мысли — они придут позже, ворвутся в мозг, не давая ни есть, ни спать, ни дышать спокойно. А пока лишь апатия. Это был конец. Я устала. Я умерла. Моя душа умерла, осталась только телесная оболочка.
До меня стали доноситься громкие разговоры: я слышала, как Настя ругается, затем послышались мужские голоса. Не было сил вслушиваться. Да и желания не было. Захотелось поскорее покинуть эту квартиру. Я встала и посмотрела на себя в зеркало. Виды был просто кошмарный: от слез весь макияж растекся по щекам, волосы растрепались, кое-где пряди выбились из уложенной прически. Я взяла мыло и быстро смыла с себя все остатки макияжа, а затем вытащила все шпильки и еще раз посмотрела на себя. Увиденное настолько потрясло меня, что я буквально шарахнулась от своего же вида — передо мной стояло бледное привидение с абсолютно тусклыми, неживыми глазами. Нет, наверно не привидение — у них хотя бы есть душа, пусть и без телесной оболочки. А моя душа умерла. Наверно я зомби.
Дверь ванной распахнулась и снова появилась Настя и тоже испуганно отступила назад, увидев меня. Она протянула мне стакан воды.
— Сейчас Олег отвезет тебя домой, а я чуть позже подъеду, хорошо? — Она печально покачала головой, а затем, приобняв, добавила. — Бедная ты моя. За что тебе такие испытания?
Мы вышли в коридор. Олег уже ждал меня у двери. Он снял свой пиджак и накинул мне на плечи.
— Пойдем, — произнес он, обхватывая мои плечи. Но все же не выдержал, развернулся к Насте и спросил. — Ты уверена, что все будет в порядке? Может лучше я останусь?
Настя подошла к своему жениху, положила руки ему на свободную руку и заверила:
— Не переживай. Ничего со мной не случится. Если что, я сумею за себя постоять. До драки точно не дойдет — мы же уже не маленькие. Отвези Элю домой. Я скоро приеду.
Мы уже почти поравнялись с выходом, как вдруг я услышала за спиной грозный голос Стаса.
— Я хочу видеть своего ребенка.
Я остановилась как вкопанная. И медленно обернулась. Было горько снова смотреть на него и знать, что сейчас я снова причиню ему боль, но собравшись с остатками сил, я все же посмотрела прямо в его глаза. А затем тихо произнесла:
— Ее больше нет, — и побрела к выходу.
Но на самом пороге я остановилась и вновь обернулась к нему. Это был последний взгляд на того, кого я безумно любила, — это было прощание.
— Прости меня, — почти что прошептала я, но была уверена, что в воцарившейся тишине Стас все прекрасно услышал. — Прости за все.
Как я добралась до машины Олега, как мы ехали домой — я совершенно не помню. Да мне было и безразлично. Сил ни на что не осталось. Просто хотелось заснуть и не просыпаться вовсе.
Уже дома я пыталась изобразить из себя вежливую хозяйку, но Олег заставил меня прилечь на диван и уверил, что сам найдет все, если ему что-то понадобится. Я слышала, как он ходил по кухне, разговаривая с Настей по телефону, но совершенно не вслушивалась в их разговор.
Олег принес мне стакан воды и успокоительное.
— Вот возьми, — протянул он мне таблетку, — тебе сейчас нужно поспать. Настя сказала, что нужно пол таблетки выпить.
Настюшка, как же я была ей благодарна. Она всегда поддерживала меня в самые трудные ситуации: она была со мной и тогда, когда я осталась с маленьким ребенком на руках, и тогда, когда Анюты не стало. И даже теперь она все равно заботилась обо мне.