Стас оглянулся на вошедшего Виктора и нерешительно замер. Оба мужчины недоверчиво изучали друг друга.
Но тут вмешалась Эля.
— Пап, познакомься, это Стас. Стас, а это мой папа — Виктор Сергеевич.
Стас первым протянул руку для приветствия. Виктор пожал протянутую руку, продолжая изучать гостя.
— Позвольте поинтересоваться, не вашими ли знаками внимания заставлена комната Эли? Там сейчас целая оранжерея.
— Моими, — подтвердил Стас. Он понял, что таким вопросом отец Эли пытается понять о характере их отношений.
— Ну что ж, рад знакомству. Извините, я только с работы — пойду переоденусь.
Виктор ушел в свою комнату, и Стас остался с Элей и ее братом. Он не тешил себя наивными иллюзиями — Виктор Сергеевич все прекрасно понял. И разумеется, ни о каком нормальном общении речи быть не может. Может быть при Эле они и станут разговаривать предельно вежливо, но Стас-то понимал, что какое мнение сложилось у Виктора Сергеевича о нем.
Виктор закрыл за собой дверь, быстрым движением руки снял с себя галстук и отшвырнул его в угол. Чертов сукин сын. Он и тут действует на шаг впереди. Виктор просто закипал от гнева. Мало того, что Зарипов каким-то образом получил его проектную документацию из офиса, так он еще и действует в тыловой зоне — теперь он уже и до семьи добрался. Пора этому положить конец.
Но каков наглец этот Зарипов — подослать сына к Эле. Да, может быть у них и разные фамилии, и живут они уже давно в разных местах, но Виктор ни с кем не перепутает Стаса — сходство почти поразительное. Тут даже и гадать не приходится, чей это сын.
***
Стас не долго пробыл у Эли — сославшись на дела, он уехал домой. Сидя у окна, он обдумывал, что теперь делать. Виктор Сергеевич явно понял, кто он такой. Стас пытался оттянуть этот момент, сознательно не распространяясь на тему семьи, но вечно это продолжаться не могло.
Сейчас Стас вспоминал взгляд, направленный на него отцом Эли — жесткий, изучающий. Как поздно он узнал, кто она. Слишком поздно — она стала слишком много значить для него.
Нужно позвонить отцу и все ему рассказать. Пусть тот и будет не в восторге, но скрывать уже нельзя. А потом Стас сам решит, как ему быть дальше.
Глава 13
Глава 13.
Стас решил не звонить, а съездить к отцу: поговорить с глазу на глаз.
— Господи, да что тебе других девчонок мало? — Стас заметил, как отец устало вздохнул и прикрыл глаза руками. — Да как тебя вообще угораздило с ней встретиться?
— Она дружит с сестрой Максима Тихонова еще со школы.
Игорь Михайлович Зарипов — отец Стаса — до недавнего времени был крупным бизнесменом, но несколько лет назад он подался в политику, став депутатом городской Думы. Стас сознательно поменял свою фамилию на девичью фамилию своей матери, чтобы не отождествляться с отцом и иметь возможность строить свою карьеру самостоятельно.
Он недавно узнал, какая негласная война разыгралась между отцом и Виктором Колчиным — все из-за небольшого куска земли, называемого микрорайоном, на котором планируется возведение жилого комплекса. Несмотря на то, что отец теперь по закону не имеет право заниматься предпринимательской деятельностью, его друг и доверенное лицо, который теперь встал во главе мощной финансово-строительной компании отца, ведет дела, руководствуясь неофициальными указаниями Зарипова.
Стас знал, что отец с Колчиным конфликтуют уже очень давно. Насколько он догадывался, оба мужчины еще в молодости были как-то связаны с криминальными кругами, которые и помогли обоим раскрутиться. Что уж там у них произошло, что они не поделили — Стас не знал. Но отпечаток этого остался на всю жизнь. Война между Колчиным и Зариповым продолжается всю жизнь. В ход идут любые методы. Стас даже подумал, что отец специально стал депутатом, чтобы иметь новые рычаги для устранения конкурента.
Вот почему узнав, что Эля — дочь Виктора Колчина, Стас умышленно не затрагивал с ней тему семьи. Он не знал, в курсе ли Эля о жесткой конкуренции их отцов, но предпочел не говорить об этом. Боялся, что они могут расстаться.
Невольно перед глазами возник ее образ — невысокая хрупкая девушка, с жизнерадостными и добрыми глазами — как же она не похожа на своего отца, жесткого, беспринципного.
— Пап, да что такого страшного в том, что мы с ней встречаемся?
— А что в этом хорошего? Ты понимаешь, что Колчин теперь вам устроит? Да он ее запрет на замок, лишь бы она с тобой не виделась. — Отец немного помолчал, что-то обдумывая. — Ты пойми, сынок, я его сейчас прижал. Он собирался строить жилой квартал на земле, где слишком близко проходят грунтовые воды — фундамент не выдержал бы таких нагрузок, какие заложены в его проекте. Я всячески пытаюсь этот проект закрыть. Ты можешь себе представить, какие эмоции он сейчас ко мне питает? И ты думаешь, он спокойно будет смотреть на то, что мой сын с его дочкой? О-о, ты его не знаешь.