Она повернулась ко мне с одним вопросом:
— Стас?
Я опустила глаза, тихо ответив:
— Да.
Настя долго смотрела на фотографии. Мы обе молчали. Я просто ждала реакции подруги.
— Аня его дочь, — сделала вывод Настя. — Я ведь права?
— Да.
— Почему ты мне ничего позавчера не рассказала? — я ожидала от нее гнева или чего-то подобного, но никак не сочувствия. — Ты знала раньше, что он мой брат? Хотя нет, откуда… Теперь понятно, почему ты так себя повела. Испытала шок, наверное.
Поразительно, насколько она меня понимает. Даже со Светой у меня раньше не было таких доверительных отношений, чтобы мы понимали друг друга с полуслова.
— Да уж, ситуация, — вздохнула она и присела рядом со мной. — Что между вами произошло? То, что ты мне рассказывала — это все правда?
Мне стало обидно за то, что подруга мне не верила, но с другой стороны, я ее прекрасно понимала — ведь теперь дело касалось и ее брата тоже.
— Все правда. Мы познакомились у общего друга — у Макса Тихонова. — Настя кивнула в ответ, показывая, что помнит такого. — А потом все как-то быстро закрутилось-завертелось. Мы встречались, если эти урывки можно так назвать, чуть меньше года. А потом у моего отца возникли проблемы по бизнесу, нашей семье пришлось уехать. К сожалению, Стасу я смогла сообщить об этом. А потом он уехал. И больше я о нем ничего не знаю.
— А беременность?
— Я поняла это уже после возвращения нашей семьи домой, когда Стас уже уехал. — По щекам покатились предательские слезы. — Так хотела его найти, но не смогла. Он как будто исчез.
Настя обняла меня.
— Насть, почему он уехал?
Настя лишь пожала плечами.
— Я не знаю. Я в то время уже жила отдельно. Я знаю, что после учебы он вернулся, вроде хотел даже насовсем. Мы редко встречались — я училась, а он то по командировкам мотался, то мы по времени не пересекались. А потом мама сказала, что Стас переводится в Германию на постоянную работу.
Я тогда подумала — значит про командировки он не врал мне. Но вот причины столь внезапного отъезда так ясны и не стали.
— Знаешь, — вдруг сказала Настя, — мне одно не понятно — если вы встречались столько времени, почему он тебя нашей семье не представил? Лично я впервые узнала, что в тот период у него кто-то был.
— Ты у меня это спрашиваешь? — Что я могла ей сказать? Что меня саму этот вопрос волнует даже больше, чем ее?
— Эль, мы должны ему об Ане рассказать, — серьезным тоном заявила она.
— Я знаю. Но сейчас я не смогу. Еще одно потрясение — и меня точно можно в дурку забирать.
— Эль, ну не можешь же ты всю жизнь от него это скрывать. Тем более сама всегда говорила, что хочешь его найти.
— Насюш, пожалуйста, не говори пока ничего ни ему, ни родителям своим. Я пока не готова. Дай мне немного времени.
— Эль, это не серьезно…
— Пожалуйста. — Я подняла умоляющий взгляд на нее.
— Ну хорошо, — сдалась она, — только не затягивай.
Настя еще немного посидела со мной, но потом, заметив, что я почти что засыпаю от усталости, уехала домой, дав напоследок напутствия:
— Ты должна хорошо есть, чтобы организм мог сопротивляться болезни. Да и еще — не затягивай с обдумыванием: Стас — Анин отец и должен это узнать. Да и пора уже, наконец, все выяснить.
Она ушла, а я была не в состоянии о чем-либо думать. Сон снова увлек меня в свои объятия, и я вновь окунулась в забытье.
Глава 21
Глава 21.
Всю неделю, пока Эля болела, Настя навещала ее — то после работы забегала, то в выходные приносила увесистую сумку с горячими блюдами, приготовленными Настиной мамой. Эля бурчала, но подругу это мало беспокоило — кто еще, кроме нее, поможет сейчас Эле.
— Насть, а я тут вот о чем вдруг подумала, а почему у вас со Стасом фамилии разные? У него — Соболев, а у тебя — Кочунова? — как-то спросила Эля.
Эта мысль ее саму недавно поразила. В тот день, когда Настя сказала, что Стас ее брат, Эля просто не могла собрать свои мысли и вообще думать о чем-то связанно.
— У нас папа депутат городской думы — Зарипов, если слышала о таком, — пояснила Настя. — Так вот Стас не захотел, чтобы его ассоциировали с именем папы, он решил всего добиться самостоятельно. Поэтому и взял девичью фамилию своей матери. Мне при рождении оформили документы на мамину фамилию, так как родители оформили отношения только после моего рождения. А после их свадьбы мама свою и мою фамилии решила не менять. Вот так и вышло, что мы все родственники, а вроде как и не родственники. — Настя засмеялась.
Настя пока старалась не затрагивать темы про брата в присутствии Эли — раз она обещала подождать ее решения, то значит подождет. Если, конечно, все это будет растягиваться, то тогда уж придется еще раз поговорить с подругой. Но Настя искренне надеялась, что Эля сама во всем разберется без чужих подталкиваний.