— Да это я о том, что он тебя с собой не просто так взял — он бы и сам прекрасно со всем справился, да еще и за один-два дня. А вы даже и не в гостинице остановились, а на частной пустующей вилле. Да тут и думать нечего: у него явно были какие-то планы… А тут ты со своими поцелуями-приставаниями… Тут можно только один вывод сделать: легкая добыча ему не нужна, он сам любит завоевывать, дурында ты этакая.
Настя обессилено положила голову на руки.
— Эль, я вообще не знаю, как себя сейчас с ним вести, — сдавленно проговорила она, не поднимая головы. — Блин, натворила делов…
— Натворила делов — это когда уже был секс, да еще и с последствиями. А тут что?
— Эль, я теперь не знаю, как ему в глаза смотреть.
— Ну подожди, ты ему что, в любви разве призналась или что-то обещала? Ну да, чуть было в постель не затащила — попробуй списать все это на алкоголь. А вообще, не затрагивай пока эту тему, пусть все немного уляжется и забудется. Олег — мужик умный, я думаю, он понял, что ты наклюкалась, вот и не стал пользоваться этой ситуацией.
— Олег не из тех, кто все забывает. Рано или поздно он мне это припомнит, вот увидишь.
— Ладно, хватит расстраиваться. Ты присмотрись на этой неделе к его поведению — и думаю все станет ясно. Садись лучше ужинать, сейчас Анютку позову и тоже присоединюсь к вам.
Настя очень хотела верить словам Эли о том, что это ее собственное поведение породило такую отстраненность Олега к ней. Безумно хотелось верить, что она ему хотя бы капельку небезразлична как женщина. Но Олег предпочел вовсе отстраниться, и теперь Настя попусту терялась в догадках: что же он думает о ней?
Всю неделю Настя с Олегом старались не попадаться друг другу на глаза, но все же постепенно все вернулось на круги своя: Олег — начальник, Настя — подчиненная. Как будто не было тех нескольких дней на уединенной вилле на Майорке. Вот только Настя все никак не могла забыть вкус его поцелуев и сильные руки, крепко прижимающие ее тело к себе. А еще — его мягкой улыбки и красивых искрящихся глаз. Сейчас он снова был Олегом Александровичем с суровым выражением лица и жестким взглядом. Но Настя с жадностью вглядывалась в него, ища желанную улыбку или хотя бы блеск в глазах, но все было тщетно. Эля была права — он предпочел обо всем забыть.
***
Февраль 2011 г.
— Эль, скажи мне пожалуйста, ты уже что-то решила?
Девушки сидели в обеденный перерыв в кафе напротив их офиса. Прошло уже почти три месяца с того момента, когда Эля узнала, что Стас — родной брат Насти. С тех пор ее одолевали противоречивые чувства: с одной стороны огромное облегчение от того, что Стас наконец найден и теперь она может встретиться с ним, но с другой — дикий страх неизведанности того, что же ждет их дальше: было бы слишком наивно и глупо полагать, что они оба кинутся в объятия друг друга и все станет таким же безоблачным, как и прежде. Именно эта неизвестность и пугала, заставляя оттягивать принятие решения.
— Настюш, я знаю, что надо. Но пока еще не могу.
— Боишься?
— Боюсь. Очень боюсь. Я изменилась за столько лет. Да и Стас тоже наверняка изменился. Я не знаю, чего ожидать от нашей встречи: все-таки пять лет прошло.
— Но ведь и тянуть смысла нет. Ты и сама это прекрасно понимаешь.
— Насть, дай мне еще чуть-чуть времени. Ведь нужно еще Анюте что-то сказать, как-то объяснить, почему папа долго отсутствовал, а потом появится. — Эля измученно посмотрела на Настю и отвела взгляд в сторону окна.
— Эль, я тебя прошу: только не затягивай. Стас имеет право обо всем знать.
Настя как всегда была права. Эля понимала, что в данной ситуации подруга поддерживала ее, но в то же время Стас — ее брат и Настя также переживает и за него. Все так усложнилось, так запуталось и требовало срочного ответа. Вот только рубить одним махом здесь нельзя — на кону стоит сразу несколько судеб: ее — Элина, Стаса и ИХ маленькой Анюты.
После обеда девушки вернулись в офис и принялись за работу — бесконечные договоры, акты, заявления, а также периодические консультации клиентов по телефону.
По селекторной связи Настю вызвали в отдел кадров и девушка убежала в соседний кабинет.
Через несколько минут в дверь громко постучали, а затем Эля услышала приятный мужской голос:
— Извините, Анастасия здесь работает?
Эля подняла голову и буквально приросла к месту: в дверях стоял Настин отец. Эля точно знала, что это он — запомнила по фотографиям в Настиной квартире.
— Да, — наконец смогла произнести Эля. — Она отошла ненадолго, но вы можете ее подождать, присаживайтесь.
Мужчина поблагодарил ее, занял место на диванчике для посетителей и изучающе посмотрел на нее.