В дальнейшем мы будем стараться избегать этих философских сложностей. Позже, под заголовками «Важность», «Иммунитет к сознательному изменению», «Добровольный характер нарушений морали» и «Форма морального давления», мы определим четыре кардинальных свойства, которые постоянно присутствуют вместе в тех принципах, правилах и образцах поведения, которые являются, по общему мнению, «моральными». Эти четыре черты отражают различные аспекты характерной и важной функции, которые эти стандарты выполняют в общественной жизни или в жизни отдельных людей. Одно лишь это дало бы нам право выделять все, что обладает этими характеристиками, для отдельного рассмотрения, и более того, для противопоставления и сравнения с правом. Сверх того, утверждение о том, что нравственность обладает этими чертами, занимает нейтральную позицию по отношению к соперничающим философским теориям относительно ее статуса и «фундаментального» характера. Очевидно, что большинство философов согласились бы с тем, что эти четыре свойства необходимо должны присутствовать в любом моральном правиле или принципе, хотя они предложили бы весьма различающиеся интерпретации или объяснения того факта, что нравственность обладает ими. Действительно, можно заявить, что эти свойства хотя и являются необходимыми, однако они лишь необходимы, но недостаточны для того, чтобы отличить нравственность от определенных правил или принципов поведения, которые мы исключили бы из сферы нравственного при более строгом рассмотрении. Мы будем ссылаться на факты, на которые опираются подобные заявления, но держаться более широкого толкования «морали». Нашим оправданием является здесь и то, что это согласуется с частым употреблением этого слова, и то, что подобное широкое понимание слова «нравственность» выполняет важную, заметную функцию в общественной и частной жизни.
В первую очередь мы рассмотрим социальный феномен, на который часто ссылаются как на «нравственность» (the morality) данного общества или как на «принятую» или «конвенциональную» нравственность данной социальной группы [87]. Эти фразы отсылают к образцам поведения, которые широко распространены в конкретном обществе и должны быть противопоставлены моральным принципам или моральным идеалам, которые могут управлять жизнью индивида и которые, однако, последний не разделяет со сколь либо значительным числом тех, с кем он живет. Основной элемент распространенной или принятой в социальной группе нравственности состоит из правил того типа, который мы уже описали в пятой главе, когда касались сюжета о прояснении общей идеи принуждения, и которые мы там назвали первичными правилами обязанности. Эти правила отличаются от других как серьезным общественным давлением, поддерживающим их, так и необходимостью в значительной степени жертвовать индивидуальными интересами или склонностями, что подразумевает поведение, согласное с этими правилам. В той же главе мы также нарисовали картину общества, находящегося на такой стадии развития, когда такие правила являются единственным средством социального контроля. Мы отметили, что на этой стадии может не быть ничего соответствующего четкому различению, проводимому в более развитых обществах между моральными правилами и правилами, устанавливаемыми законом. Возможно, некоторая зачаточная форма такого различения могла бы там присутствовать, если бы существовали некоторые правила, которые поддерживались бы в первую очередь угрозой наказания за их нарушение, и другие, поддерживаемые апелляциями к уважению этих правил, или к чувствам вины и раскаяния. Когда эта ранняя стадия проходит и делается шаг от доправового мира к правовому, — так, что средства социального контроля включают теперь в себя систему правил, в которую входят правила признания, суда и изменения, — контраст между правовыми и другими правилами приобретает некоторую определенность. Первичные правила обязанности, устанавливаемые официальной системой, отделены теперь от других правил, которые продолжают существовать наряду с официально признанными. В действительности в нашем собственном и во всех других обществах, достигших этой стадии развития, существует множество типов социальных правил и образцов, находящихся вне правовой системы; только некоторые из них считаются и называются моральными, хотя определенные теоретики права использовали слово «моральный» для обозначения всех правил, не входящих в систему права.
Такие неправовые правила можно выявить и классифицировать множеством различных способов. Некоторые из них являются правилами ограниченного действия и касаются только частной области поведения (например одежды) или деятельности, возможной только в определенных обстоятельствах, создаваемых искусственно (церемонии и игры). Некоторые правила мыслятся как применимые к социальной группе в целом; другие — для особых подгрупп внутри нее, отмеченных некоторыми характеристиками в качестве отчетливо выделяющейся подгруппы, либо выделившихся по собственному выбору ради встреч и объединения для конкретных целей. Некоторые правила, как считается, обладают обязывающей силой в результате соглашения и могут допускать добровольную отмену; другие же считаются не имеющими своим истоком соглашение или какую-либо другую форму сознательного выбора. При нарушении некоторых правил может последовать не более чем замечание или напоминание о том, как следует поступать «правильно» (например этикет или правила корректной речи), нарушение других вызовет серьезное порицание или презрение, или более или менее длительное исключение из сообщества, с которым эти правила связаны. Хотя никакой точной шкалы создать невозможно, понимание относительной важности, придаваемой этим различным типам правил, отражается в том, что они требуют в различной степени жертвовать частными интересами, и что для того, чтобы индивиды соответствовали им, на них обществом оказывается различное давление.