А кстати, почему не зубы? Даже люди с большой осторожностью обращаются с выпавшими зубами, и, если уж на то пошло, те же люди, особенно волшебники, никакого внимания не уделяют состриженным ногтям. Сэм улыбнулся себе под нос. Может гоблины и не так уж глупы, а всего лишь чуть глупее людей, но чтобы придти к такому выводу потребовалось некоторое усилие над собой.
Вот они прошли мимо гоблина, сидевшего скрестив ноги. Тот сидел на корточках и держал в руках… свет. Ваймс повидал много драгоценностей: целые связки колец, брошей, ожерелий и тиар, накопленных за долгие века и попавшие в наследство леди Сибилле, хотя в настоящее время большая их часть хранилась в банке. Это всегда его веселило.
Быть может драгоценности и способны блестеть, но Сэм мог бы поклясться, что ни одна из них не была способна озарить окружающее пространство светом, как сделал крохотный сосуд, который с критичным видом разглядывал гоблин - его создатель. Тот вертел горшочек так и сяк, рассматривая его словно лошадь, покупая ее у кого-нибудь вроде парня с именем Честный Гарри. Когда он поворачивал сосуд, в стороны расходились белые и желтые лучи, наполняя пещеру чем-то, что Ваймс мог бы назвать эхом света. Фини уставился на представление словно ребенок, оказавшийся на первом в своей жизни празднике. Вот только сам гоблин не был так уж восхищен своим творением, и пренебрежительно бросил горшочек через плечо, разбив его о стену.
— Зачем ты это сделал? — закричал Ваймс. Получилось так громко, что гоблин спрятался и сжался, словно в ожидании удара. Все, что он сумел выдавить:
— Плохой горшок! Плохой работа! Стыд! Делать лучше другой раз! Начать прямо сейчас! — Он бросил еще один испуганный взгляд на Ваймса и сбежал в темный проход.
— Он его разбил! Прямо взял и разбил вдребезги! — Фини уставился на Сэма. — Он посмотрел на него всего раз и разбил. А он был прекрасен! Это же настоящее преступление! Нельзя просто взять и уничтожить нечто столь прекрасное! Как это возможно?
Ваймс положил руку на плечо Фини.
— Думаю, возможно, если сам создашь его, и считаешь, что он недостаточно хорош и можешь сделать лучше. В конце концов, даже лучшие мастера иногда совершают ошибки, верно?
— Вы считаете, это была какая-то ошибка? — Фини бросился к осколкам и собрал пригоршню светящихся останков горшочка. — Сэр! Он выкинул это прочь!
Ваймс открыл рот для ответа, но в руках Фини раздался легкий шелест и сквозь пальцы просыпался прах, словно пески времени. Фини нервно улыбнулся и сказал:
— А может он прав, и получилось фигово.
Ваймс наклонился и пропустил пыль сквозь пальцы. Это была обыкновенная пыль. Каменная, в которой не было ни крупицы света или искры. Такую легко найти у любой дороги. Не осталось ни следа той радуги, что они только что наблюдали. Но у другой стены сидел еще один гоблин, работавший над другим горшком и пытавшийся казаться неприметным. Ваймс осторожно подкрался к нему, потому что гоблин держал свой сосуд так, словно хотел им защититься от пришельцев.
Аккуратно, стараясь продемонстрировать, что он не намерен нападать, Сэм убрал руки за спину и произнес, подражая тону своей жены:
— Ну надо же! Выглядит как отличный горшок. Скажите-ка, сэр, а как вы делаете горшки?
Гончар посмотрел на предмет в своих руках или если желаете по-грубее, но ближе к истине - штуковину в когтях, и ответил:
— Я делать горшок. — И вернулся к работе.
Ваймс не очень разбирался в камнях, если они не были похожи на кирпичи, но в этом были какие-то слегка светящиеся желтые прожилки: