к службе.
— Слушаем, батюшка.
Вот и отправились к обедне миряне. Пришли
в церковь. Народу нашло много — надо послушать,
как новый поп будет обедню служить.
Ну, вот и поп пришел в церковь. Вошел в алтарь,
надел ризу. Вот и вышел из царских ворот
и говорит:
— Слушайте, миряне. За что поп, за то и
приход.
Миряне отвечают:
— Слушаем, батюшка.
Вот сторож подает ему кадило, углей много,
так кадило и горит. Взял поп кадило и начал
махать. Махал, махал. У него уголье каленое
выскочило из кадила, да прямо в голенище.
Пошел поп стучать ногами. Он топчет, и
миряне все топчут ногами. Уголь дальше
забирается. Ничего ему не сделать. Хлоп наземь,
ноги кверху и лягает ногами, и все миряне
хлопнулись на землю, и все залягались.
Один мужичок вышел из церкви, а другой
идет в церковь. Ну, и спрашивает его.
— Али уже отошла служба?
— Нет, не отошла. Топанье-то отошло, а
теперь — ляганье.
ПОП ПАХОМ
Один приход без священника все жил. Крестьяне
и выбрали мужичка искать попа. Ну, пошел
мужичок, и попался ему навстречу старичок.
— Как тебя зовут, старичок?
— Меня зовут Пахом.
— Так будь у нас попом!
Ну, он и согласился. Дом ему выстроили. Ну,
он из дому, конечно, выписал жену и детей.
Дети у него работой занимались, хозяйством.
У церкви земли покосной было много. Они
заживали да денежки наживали. Пахом нажил
капитал большой. Надо обедню служить. Народа
собралось много — слушать нового попа. Он обедню
так служил: взял большую книгу, кверху поднял:
— Знаете ли, миряне, эту книгу?
— Не знаем, — отвечают ему.
— Не знаете, так и нечего сказывать!
Второй раз и говорят:
— Ну, ребята, как поп сделает, скажем, что
знаем.
Опять взял поп большую книгу, кверху поднял.
— Знаете ли, миряне, эту книгу?
— Знаем!
— Ну, а знаете, так нечего и сказывать!
Недовольны миряне попом, что худо служит.
Стали роптать прихожане. Третью обедню стал
служить. Много пришло прихожан— обедню
слушать. Третью обедню начал Пахом служить
с решетом. Поднял решето кверху и начал распевать:
— Тут дыра и тут дыра, тут дыра и тут
дыра, тут дыра и тут дыра.
Потом и говорит:
— Ну, дьячок, запирай двери на крючок,
будем всю неделю служить.
Прихожане испугались, все из церкви разбежались:
испугались, что долго. Прихожане уговорились,
что надо прошение подать архиерею,
что поп худо служит. Архиерей отписал, что на
такое-то время приеду на ревизию. Архиерей приехал
с певчими и с протодиаконами. Собралось
прихожан много. Архиерей заставил обедню
служить отца Пахома. Архиерей пошел вместе
слушать с певчими, с протодиаконом. И мужики
пошли слушать, как при архиерее будет служить.
Начал обедню служить:
— Преосвященнейший владыко! Возглас первый:
служу при сей церкви двенадцать лет и составил
капитал двенадцать тысяч. Вам жертвую
шесть тысяч и протодиакону пятьсот рублей,
певчим триста рублей. Поехал мужик на мельницу,
навалиша большой воз, и смутишася кони
его, и бысть глас с небесе: пррру!
Певчие и подхватили:
— Слава тебе, господи, слава тебе!
Архиерей вышел и говорит:
— Миряне, поп-то ничего служит!
— Это при вас хорошо, а без вас плохо.
— Нет, пусть служит. Нельзя хаять.
БЕЗГРАМОТНАЯ ДЕРЕВНЯ
Деревня была безграмотна: поп безграмотный,
дьякон безграмотный, да и дьячок безграмотный.
А церковь была, приход, — служили
(так!).
Прознал архиерей; Поехал любопытствовать.
Приехал к попу на квартиру, поп и побежал
к дьякону.
— Вот беда! — архиерей приехал. Как мы служить
станем?
А дьякон сказал:
— А как-нибудь, сделаем как-нибудь.
Поп сказал:
— Ты то пой, что я буду.
Дьячок сказал:
— Мне уж надо свое петь на клиросе, не
с вами.
Поп сказал:
— Что знаешь, то и валяй.
Затем обедню зазвонили, пои и пошел к обедне,
архиерею и говорит.
— Владыка, благослови!
— Бог тебя благословит. Поди, служи.
Поп пришел в церковь, надел ризу, затем
архиерей идет.
Архиерей пришел, в алтарь встал.
— Ну, начинай, служи.
Поп и запел, голос громкий:
О-о-о! Из за острова Кельястрова
Выбегала лодочка осиновая,
Нос-корма раскрашенная.
На середке гребцы-молодцы.
Тура-мара и пара .
Дьякон тоже запел:
О-о-о! Из-за острова Кельястрова
Выбегала лодочка осиновая (и пр. до конца).
А дьячок на клиросе:
Вдоль по травке, да вдоль по муравке.
По лазуревым цветочкам.
Архиерей вышел, да рукой махнул:
— Служите, как служили.
Да и уехал прочь.
ЦЕРКОВНАЯ СЛУЖБА
Выходит дьякон. Становится на амвон, а пои
и говорит:
— Дьякон, дьякон, посмотри-ко в окошко,
не идет ли кто, не несет-ли чего?
Дьякон отвечает:
— Старуха идет, пехтус масла несет!
А дьячек поет:
— Подай, господи!
Поп опять:
— Дьякон, дьякон, посмотри-ко в окошко,
не идет-ли кто, не несет-ли чего?
Дьякон отвечает:
— Старуха идет, четверть ржи несет!
Дьячок опять поет:
— Подай, господи.
Поп опять говорит:
— Дьякон, дьякон, посмотри в окошко, не
идет ли кто, не несет ли чего?
Дьякон отвечает:
— Идет мужик, несет дубину на поповскую
спину.
Поп и дьячок поют:
— Тебе, господи!
ПОП И ДЬЯКОН
Жили-были поп да дьякон.
Приход бедный был: не во что ни обуться,
ни одеться и в головах положить нечего. Вот и
придумали они, где бы на сапожишки добиться.
Дьякон говорит:
— Давай-ка, поп, я буду воровать, а ты будешь
ворожить.
Поп и говорит:
— Чего будешь воровать?
— Лошадей. В лес буду их прятать. Ты будешь
деньги брать, про лошадей рассказывать.
Вот дьякон пошел ночным бытом, троечку
спер и в овраг их отвел.
— Ну, поп, я троечку спер и в овраг отвел.