— Я не хочу такой жизни! — кричу я.
— Ты не выбираешь такую жизнь. Ты выбираешь его. У него есть прошлое, да, но у тебя ведь тоже. Ты не в состоянии трезво мыслить!
— Не важно. — Я бегу по лестнице и захлопываю дверь спальни.
— Гребанная трусиха! — снова кричит Мия.
Слезы все еще текут по моим щекам, когда я падаю на кровать лицом вниз. Я чуть не убежала, когда Мия посмотрела в глазок и сказала, что перед дверью стоит Нокс. Я даже подумывала не отвечать и притвориться, что меня нет дома, но она ни за что не позволила бы этому случиться. Она угрожала впустить его в дом и записать весь наш разговор, если я не выйду туда и не выслушаю, что он хочет мне сказать.
— Гребанная трусиха! — кричит Мия, снова.
Уверена, что буду слушать эти слова всю ночь.
Я хватаю пульт, включаю телевизор и увеличиваю громкость.
Я должна заглушить ее, пока она не убедила меня передумать.
***
Три дня прошли с тех пор, как Нокс ушел от меня.
Три дня чертового ада.
Я потеряла счет тому, сколько раз брала в руки телефон, желая позвонить ему. Меня убивает осознание того, что я обнадежила его, а затем оттолкнула, когда почувствовала, что пришло время. Я знала, в конце концов мне придется оставить его в туре и вернуться на учебу, так что мне не следовало позволять этому заходить так далеко, но я ничего не могла с собой поделать.
Люди всегда влюбляются в неправильное время в неправильном месте и в неправильных людей. Любовь не бывает удобной. Это невероятно сложное, но, тем не менее, приятное путешествие в жизни.
Черт возьми, почему наши сердца не могут биться только для нас и все? Почему мы должны испытывать эти эмоции?
Я скучаю по нашим маленьким разговорам. Я скучаю по его раздражающим и пошлым сообщениям. Скучаю по совместным завтракам каждое утро. Ты не осознаешь, как сильно скучаешь по чему-нибудь, пока оно не исчезает. Только потом ты понимаешь, что никогда не вернешь это обратно.
— Ты уже образумилась и позвонила ему? — спрашивает Мия, когда я вхожу на кухню. Она задавала мне один и тот же вопрос каждое утро, отчего я чувствовала себя еще хуже.
Я достаю кружку из шкафа и наливаю себе кофе.
— Я говорила тебе не лезть в мои дела. — Я начинаю добавлять сливки в ожидании ее проповеди.
— А я говорила тебе, что этого не произойдет. Если бы я совершила такую ошибку с Диксоном, ты бы указала мне на мое дурацкое поведение, и ты знаешь об этом. Я твоя лучшая подруга. Я хочу, чтобы ты была счастлива, а Нокс Риверс делает счастливой твою обычно угрюмую задницу. — Она замолкает, а затем ее улыбка становится шире. — Вау, никогда не думала, что скажу что-то подобное.
— Поверь, я тоже, — ворчу я, делая глоток своего кофе.
— Почему ты так боишься любви?
Я ставлю свою кружку на стол, прежде чем упасть в кресло.
— Я не боюсь любви. — Она фыркает, и я со злостью на нее смотрю. — Я боюсь такого вида отношений. Такого, где каждая девушка хочет моего парня, где меня преследуют уроды, а мои фотки печатают в журналах с заголовками, что Нокс мне изменяет. Я этого не хочу. Никогда не хотела. И не захочу.
— Ты даже не хочешь попробовать, чтобы быть счастливой с мужчиной, которого любишь?
— Раньше я уже думала, что люблю, но это было заблуждение и незрелость. Честно, я больше не доверяю своему сердцу.
— Хватить сравнивать его и засранца Адама. Нокс отшивал каждую девушку, пока вы были вместе. Он мог повести себя как подонок и тайком зажиматься с какой-нибудь страхолюдиной в грязном туалете, но не стал.
— Я сравниваю его с парнем, на которого бросаются девушки. Так что перестань. Мне надоело слушать твои нотации по этому поводу.
— Ладно, я пыталась. Теперь, как твоя лучшая подруга, я всегда к твоим услугам, когда ты захочешь прибежать поплакаться на моем плече, потому что Нокс начнет встречаться с кем-то еще.
Я закашливаюсь и захлебываюсь кофе, отчего напиток капает с моих губ на стол. Мия ухмыляется. А она умна.
— Видишь, как тебе нравится, когда я говорю о нем и другой женщине? Больно, правда? А это будет. Так что приготовься.
— Ненавижу, когда ты права.
— Напиши ему. Позвони. Сделай что-нибудь, пока не слишком поздно.
— Я подумаю об этом.
Я поднимаюсь, наливаю себе еще чашку и возвращаюсь в спальню.
— Пока не слишком поздно! — кричит Мия вслед.
Я беру свой телефон с ночного столика.
Кладу обратно.
Затем поднимаю снова.
Зачем Мия подселила в мою голову этот образ Нокса с другой женщиной? Больно даже думать о том, как он прикасается к кому-то еще, как его губы целуют ее так же, как он целовал меня, и как он делает такие же милые романтичные жесты.