– Не важно, Ульрих. – Алхимик спрятал свой амулет-монетку в одежды. – Времени нет, надо идти, они ненадолго задержат эльфов.
– Мне нужны ответы, Аль! – Я перехватил его за плечо, когда он собирался уходить.
– Позже! – Он сбросил мою ладонь. – Все позже, еще немного потерпи и поверь мне.
Вновь дорога. Вода все увеличивалась, туман становился гуще и непроглядней, изредка по пути среди пучков осоки и камыша выпуская в поле зрения чахлые искореженные деревца. Если поначалу мы были и в состоянии еще бежать, то теперь воды было уже по пояс, темной, стоячей, плюс еще и ноги по щиколотку уходили в придонный ил, откуда их с трудом можно было выдернуть.
Странное состояние, руки и лицо покусывал мороз, вершки болотных трав сверкали кристалликами льда, а вода была теплой, парила, вздымая целые клубы туманной взвеси в атмосферу.
– Все, – произнес алхимик, когда мы застыли на краю огромной водной глади, раскинувшейся невидимыми просторами, на краю которой мы очутились. – Ждем.
– Что еще, Аль? – Я с подозрением смерил тяжелым взглядом его худую сгорбленную фигуру.
Но в ответ лишь тишина и далекий едва уловимый всплеск воды. Потом всплеск повторился, потом еще, он был мягким и приближался, а источник все был скрыт от меня косматой ватой пара.
– Кто ты? – разлепив губы, спросил я его, рассматривая потеки грязи на хламиде и корочку льда на плечах.
– Мое имя не изменилось, Ульрих, – усмехнулся он. – Я по-прежнему Альмадир Фархат Халим из Бейбута.
– И что же ты делаешь, Альмадир? – Я, как и он, перевел взгляд на затуманенную поверхность воды.
– Спасаю наши задницы, Улич. – Он задумчиво поковырял пальчиком грязный лед, застывший на рукаве хламиды. – Ну и сопровождаю тебя по мере моих сил.
– Куда? – Где-то на грани восприятия зрения появилась темная мутная точка, постепенно с приближением растущая и обретающая черты.
– В безопасное место, туда, где тебя уже давно ждут. – Он вскинул ладонь, предупреждая дальнейшие расспросы и с напряжением всматриваясь уже нам за спины. – Они закончили с зомби.
– Я практически истощен по всем энергиям. – Вздрогнув, я также непроизвольно оглянулся. – Еще один, может два наскока, и они убьют нас.
– Уже нет. – Алхимик вновь обратил мое внимание на большую воду.
Там, среди тумана четко можно было уже рассмотреть плывущий по воде плот, на котором я разглядел странно неподвижную женщину, что замерла, словно каменное изваяние, пристально буровя меня тяжелым взглядом.
– Твою же мать! – непроизвольно вырвалось у меня с постепенным осознанием того, кто же на самом деле находился на плоту.
Лера, та самая гарпида, что еще не давеча как в начале осени топила меня по пути в Рингмар! Изящная грация, восхитительной гибкости стан, с тяжелыми, идеальной формы кругляшами обнаженной груди, на которую тусклой смесью из золота и меди ниспадали ее тяжелые рыжие локоны.
Королева, новая или старая, не суть важно, но это хозяйка северных рек и озер, и она здесь, она горделиво стояла на своем бронзовом хвосте, прямо посреди небольшого плота, который медленно буксировался в нашу сторону ее многочисленной свитой.
– Здравствуй, барон. – Ее лицо дрогнуло под полутенью мягкой улыбки.
– Не время любезничать! – одернул меня и ее Аль, прекращая диалог. – Эльфы уже рядом!
– Грубиян. – Фыркнула гарпида. – Эти воды издревле колыбель моего народа, здесь я королева!
– Время! – вновь оборвал ее алхимик. – Задержи перворожденных, нам же нужно спешить.
– Я чту договор. – Скривила она губы в гримасе недовольства. – Навки проводят вас до границ.
– Вперед, Ульрих. – Аль подтолкнул меня к плоту. – Не время медлить.
В подтверждение его слов над нашими головами засвистели эльфийские стрелы.
– Вперед, дети мои! – взмахнула рукой гарпида, и тотчас спокойная водная гладь вспенилась сотнями мощных спин и плавников речного народа. – Возможно, мы еще встретимся, барон.
Она какое-то время еще побуровила меня взглядом тяжелых умных глаз, после чего скрылась, одним мощным рывком посылая свое тело в непроглядное зеркало темной воды.
Наш плотик, на котором мы расположились с Алем, медленно поплыл в туман, толкаемый руками навок, эту преграду уже эльфам не одолеть. Я знал, на что способны люди реки, я знал, на что способна даже одна гарпида.
Болели раны, навалилась гранитным камнем на плечи усталость. Апатия обволакивала нас, как и проклятущий туман, скрывавший три дня кряду от нас солнце. Я не знал, куда мы плывем, алхимик отмалчивался, немые навки тупо тянули плот по известным лишь им протокам и рукавам гигантской горячей воды, но, как и все на этом свете, к концу подошел и наш путь.