— Мы должны продолжать, — произнёс он с трудом, его голос задрожал от страха.
Но прежде чем они успели сделать ещё один шаг, внезапно раздался грохот, и стена, напротив них, начала трещать. Пространство перед ними искажалось, словно сама Башня не желала их присутствия. Внезапно из трещин вырвалась густая тьма, и она приняла форму жутких существ, на которых не было ни лица, ни тела — только бездонные глаза, полные ненависти и ярости. Наши герои в ужасе отступили назад, но существа уже были близко. Их тела извивались и дёргались, как если бы они были из теней, и от них исходил жуткий холод, который заставлял кровь застывать в жилах.
— Бежим! — крикнула Форелин, и они бросились в сторону, но существа последовали за ними, оставляя за собой шлейф тьмы и отчаяния.
Они мчались по коридорам Башни Магов, но каждое мгновение казалось вечностью. Эльфийка чувствовала, как страх сковывает её сердце, и в голове звучал лишь один вопрос: как они смогут выжить? Внезапно одно из существ схватило её за руку, и она почувствовала, как тьма проникает в её разум. В этот момент перед ней всплыли видения — своих павших друзей, их страдания и крики, и это было слишком для неё. Эльф, увидев, что спутница замер, бросился к неё, его сердце разрывалось от страха. Он схватил её за плечо и потянул к себе, пытаясь вырвать её из лап Тьмы. Силы покидали его, но он не мог оставить её.
— Форелин, держись! — закричал он, и этот крик стал последней искоркой надежды.
Собрав последние силы, эльф произнёс заклинание, которое когда-то выучил в юности. В воздухе вспыхнуло свечение, и вокруг них появился яркий свет. Существа отшатнулись, их тела начали распадаться как дым. Прямо перед ними образовался проход, и, схватив эльфийку, магистр потянул её за собой через этот свет. Они упали на землю, выбравшись из коридора, и, отдышавшись, поняли, что уцелели лишь чудом. Но в их душах осталась печать страха. Кайрон, всё ещё дрожащий от пережитого ужаса, взглянул на Форелин.
— Мы не можем сдаваться, — произнёс он, хотя его голос звучал слабо и неуверенно. — Мы должны найти Древнего Духа, несмотря на всё, что произошло.
Наши герои знали, что каждый шаг может стать последним, и что Башня Магов хранила в себе ещё больше ужасов, ожидающих своего часа. В этой зловещей атмосфере каждый звук, каждое движение казались предвестием новой беды. Времени оставалось всё меньше, и каждая секунда казалась тёмной пеленой, угрожающей поглотить их. В глубине Башни они наткнулись на старинный зал, стены которого были покрыты эльфийскими рунами. Эти символы светились таинственным светом, как если бы они были живыми. На центральной алтарной плите лежал древний артефакт — Кристалл Эльфийской Души, обладающий силой связывать миры живых и мёртвых. Магистр Кайрон, чувствуя, как его сердце наполняется надеждой, подошёл к нему.
— Мы нашли его, — прошептал он, сжимая Кристалл в руках. — Это то, что нам нужно.
Форелин, полная волнения, посмотрела на него.
— Мы должны быть осторожны, Кайрон. Древний Дух может не ответить на наш призыв…
Эльф кивнул, и они оба склонились над Кристаллом, шепча древние заклинания, которые находились рядом с артефактом. Чары сверкнули в воздухе, и вокруг них зажглись огни, наполняя зал мистическим светом. Внезапно пространство вокруг них затрепетало, и Древний Дух появился, величественное существо, состоящее из Света и Тени.
— Зачем вы призвали меня, негодные? — его голос звучал как гром, раздающийся из недр земли. — Вы, кто осмелился нарушить покой мёртвых, должны знать: я не служу тем, кто не способен понять истинную цену Силы!
Кайрон и Форелин, дрожащие от страха и уважения, попытались объяснить свои намерения, но Древний Дух посмотрел на них с презрением. Он вспомнил, как эльфы предали его и забыли, когда Тьма окутала их землю, и его ярость разгорелась.
— Вы ищете Силу, чтобы сразиться с князем Дор'Аром, но сами не понимаете, что может последовать за этим, — произнёс он, его глаза сверкали, как острые ножи. — Я мог бы уничтожить вас за вашу дерзость!
Магистр, полон решимости, шагнул вперёд.
— Мы осознаём риск, Древний Дух, но мы не можем позволить Злу, подобному князю Дор'Ару, уничтожить наш народ. Мы потеряли друзей и товарищей, и мы здесь, чтобы сразиться за их память. Просим вас помочь нам.
Форелин, чувствуя, как её сердце разрывается от боли, добавила:
— Мы не ищем власти ради себя. Мы хотим вернуть мир и защитить тех, кто остался. Пожалуйста, не оставляйте нас в этом трудном пути.
Древний Дух, колеблясь между гневом и состраданием, замер. В глазах эльфов читалась искренность и решимость. В этот миг его сердце, несмотря на свою древность, затрепетало. В памяти всплыли образы: эльфы когда-то были детьми этого мира, и в дни, когда они были больше, чем просто смертные, Дух хранил их, защищая от Тьмы и опасностей. Словно нежный шёпот ветра, эти воспоминания пробудили в нём глубокие чувства, напомнив о связи, которая соединяла их навеки.