— Так я практически тоже самое сказал! — воскликнул в сердцах Энакин.
Обиван лишь покачал головой. Найти нужный аргумент для горячего выходца с Татуина было ещё той задачкой.
— Помнишь, ты мне пару лет назад показывал антуинский небосвод? Тот, на котором движется вся их солнечная система?
— Помню. Интересная игрушка для развития детей. Но при чём тут она?
— Там была одна шестерёнка. Стоило её перевернуть при установке и механизм начинал пробуксовывать. Очень интересное решение для развития наблюдательности и понимания работы. Так же с тобой. Стоит чуть изменить мотивацию, сместить акценты и твоё действие в будущем принесёт поломку к целеполаганию.
— Я понял вас, учитель, подумаю сегодня вечером.
— Лучше подумай об этом перед вылетом с Корусанта. Сегодня у тебя будут совершенно другие заботы…
— Учитель?! — Энакин почувствовал смену в речи Оби-Вана и…
— Что-то изменилось, посмотри, даже клоны почувствовали и готовятся. Будь настороже, нам рукой подать до сената.
Что может быть ближе для татуинского мальчишки, чем горячая любовь к девушке посреди джедайского равнодушия? Слова учителя были подобны факелу из двигателя истребителя, обращённого на открытую бочку с топливом. Спустя секунду LAAT-и заворачивает за угол строения и он видит перед собой лишь Падме с телохранительницами. Стремясь защитить самое ценное, что осталось в этой галактике, Энакин выскакивает из боевого транспорта, летя оставшиеся метры на одной Силе.
Скорость снижается, значит подлетаем, внизу удобная площадка. Несколько встречающих, шлем повинуясь безголосому приказу глаз, приближает картинку. Падме, Сабе, дройд — уборщик, вот этот вылитый канцлер и по совместительству Дарт Сидиус, и рядом… Хм, может этот тип тоже Дарт мать его ситх? Была же такая теория. Так, ещё раз смотрю на руки, потом пробегаюсь по кнопкам и снимаю красный предохранительный колпачок. Когда там ещё джедаи меня услышат, да и времени может не быть, а тут такая жирная цель. LAAT-и чуть качнулся и вниз полетела фигура в чёрном одеянии.
— Куда?! — на чистейшем русском вырвался вопрос. А! К чёрту. Огонь.
КС-25863 заметил, как его брат КС-25862 стал крутить головой, держась обеими руками за пулемёт. Потом стал разглядывать руки. Странно. Генералы переговаривались о своём, но ему было наплевать. Сейчас внешние микрофоны он отключил. Если что случится, то пусть сержант даст команду. От энергетиков тошнило. Находясь в состоянии некоторого одеревенения после проведённой работы, он боролся со сном. Сигнал общего вызова.
— Отделение, приготовиться к бою. Пилот, посмотри, кто из наших рядом, запроси поддержку, — голос сержанта был напряжён.
КС-25863 включил внешний микрофон, пробежал глазами по идентификаторам автоаптечки и боезапасу. Его брат уже активировал шестиствольник.
— Куда? — крикнул КС-25862.
Что? Что он сказал??? Но яркая дорожка плазмы уже летела вниз к площадке.
— Идентифицировать цели! Разобрать цели! — надрывался сержант в эфир.
— Мать моя пробирка, там два ситха, — завопил кто-то на общей волне.
Внизу, где рикошеты плазмы отлетали от плащадки и бессильно стучали о стену сената, несколько зарядов отразились от голубого поля на теле разумного, и зажглись сразу два красных световых меча. Вслед за генералом Скайуокером прыгнул генерал Кеноби. Да они совсем себя не берегут! Мельтешение красных мечей, отражающих выстрелы, принесло смерть в канонёрку. Раненные и мёртвые бойцы вываливались вниз, а на их место заступали ещё живые клоны, стремящиеся убить этих ситхов. Горели борта и краска, плазма сжигала людей и оружие, но КС-25862 упорно поливал тонкую нескладную фигуру с длиннющими ушами. Их обладатель, сенатор Джа-Джа-Бинкс активно защищался, ловя на барьер Силы поток энергии от Z-6 и отражая мечом выстрелы остальных клонов. В это же самое время канцлер Палпатин сражался с генералами, мечом и молниями отстаивая свою жизнь и свободу.
Их осталось двое в канонёрке. Заменить энергоячейку для тренированного молодого бойца занимает меньше секунды, но даже этого хватило. Сенатор отправил свой меч в полёт, разрубая солдата и летательный аппарат.
Ох-ё, мать вашу, да как так — то так быстро??? Я только полоснул разок по ситхам, поправил прицел, а в шлеме только три огонька гореть осталось! Вот сейчас, длинноухий, тебе щит просадим и… И красный диск его меча влетает в канонёрку, а за ним в след голубая молния прожигает броню, грудь, поддоспешник и сердце. Ещё чуть — чуть, дожать гада! Чувствую, как рядом встал второй клон, креплений под шестиствольник рядом нет. Он открыл огонь с рук, только целится в Палпатина.