— Он должен прибыть сам. Обычно это занимает несколько часов, — сказал Вацлав.
— Мы подождём, — произнёс Петр, хотя так его называли только дома, а по документам он проходил как Алексей Долгопятов. — Дмитрий, проверь округу.
В этот момент третий, на которого я почти не обращал внимания, достал из переметной сумки несколько артефактов, которые при соприкосновении заискрили. В следующий момент от них разошлась ультразвуковая волна, которая при соприкосновении с физическими объектами отражалась обратно. Я на всякий случай спрятался за деревом. Как оказалось, волна не смогла преодолеть дерево и отправила назад импульс от соприкосновения с деревом, а не мною.
— Господин Алексей, тут никого нет, — произнёс второй тайник, помощник первого. В его памяти я выяснил, что он о магии знает, но крайне поверхностно. Ещё лет пятнадцать назад он был, так сказать, на повышении квалификации в Санкт-Петербурге и его там обучили пользоваться некоторыми артефактами. Ничего серьёзного, но благодаря этому Дмитрий ценился своими руководителями.
— Ждём, — сказал Петр.
— Может быть, вы выпьете настойки, чтобы не замёрзнуть? Зимно очень на рассвете тут, — произнёс Вацлав. У него в сознании я прочитал о том, что он хочет усыпить их и потом попросить у меня помощи. Больше смысла прятаться не было никакого, а потому я создал два плетения усыпления и вышел из-за дерева, снимая отвод глаз.
— Пан Вальчицкий, я рад, что вы прибыли так быстро, — обратился ко мне уже по новому имени Вацлав.
— Значит, на вас вышли люди из первого департамента, — сказал я. — И что они от вас хотели?
— Встречи с вами. Но подробностей не знаю. Они не говорят, а пытать их не решился, так как ещё несколько человек осталось в Чернобыле. Они могут навредить пану Ходкевичу.
— Ты правильно сделал, что привёл их сюда. Можешь отправляться домой. Скажешь пани Марии, чтобы она связалась с кем-то из столицы и рассказала о произволе первого департамента. Она поймёт, как сделать всё лучше.
— Спасибо, пан Вальчицкий, — произнёс Вацлав и, отвязав вторую лошадь от дерева, привязал к первой, после чего верхом уехал обратно по дороге.
— Алексей, с добрым утром. Ты хотел со мной поговорить. Слушаю, — обратился я к главному в этой паре, сняв парализацию выше шеи. — И можешь не пытаться дотянуться до своего пистоля в рукаве. Без моего желания ты не сможешь больше никогда в своей жизни шевелиться.
— Зря ты так, колдун, — произнёс Пётр. Он о магии осведомлён, но видел её только в виде артефактов. Настоящих магов он никогда в отличие от своего помощника не видел. — За мной придут. И если ты убьёшь и их, то за ними придут ещё. А против армии ты ничего сделать не сможешь.
— Для начала им надо будет ещё найти меня. Сейчас же я разве говорил, что буду убивать тебя? Ты хотел меня увидеть. Я жду, ради чего ты нагло напрашивался на встречу. — На самом деле я знал прекрасно ради чего. Банальная нажива. В то, что я действительно исцелил Яна, он верил, так как его люди в окружении графа это подтвердили. Они не из приближённых и просто подтвердили, что уезжал сын графа при смерти, а вернулся пышущим здоровьем малышом. Теперь же этот тайник желал поставить исцеление на поток, чтобы этот поток шёл через него. У него даже уже первые пациенты на примете были, которые могли принести ему пару тысяч золотых.
— Неправильно это — лечить людей, не поставив в известность власти, — начал говорить этот псевдо-Алексей. Он, видимо, мои слова принял за слабость и то, что я испугался его.
— А разве это не вотчина графа Ходкевича? — спросил я у него.
— Ходкевичи находятся под подозрением. О любых контактах этого рода необходимо сообщать нам или полиции. Ты, колдун, этого не сделал, а значит, нарушил законы, — пытался меня обмануть и запугать Пётр.
— Говори прямо: что ты хочешь? — надоело мне ходить вокруг да около.
— Я могу прикрыть тебя, но впредь ты должен заниматься исцелением только по моему разрешению.
— Знаешь, мне не нравятся такие наглые шавки, как ты. Думаю, стоит сообщить в первый департамент о твоей деятельности, особенно о контактах с представителями пятого корпуса маршала Ланна. Как там — майор Мишель Брайя? — В ответ на мои слова Пётр со страхом уставился на меня. Ну да, то, что он сотрудничает с французами, и то, что выполнял некоторые просьбы командира элитного полка за небольшие деньги, знать не должен никто. Именно он по просьбе Брайя не замечал подготовки графа Ходкевича к восстанию, хотя это его прямые обязанности. — Ну, чего ты так побледнел? Не стоит волноваться.