Вторая закладка относительно новая. Если судить по степени внедрения в подсознание графа, она установлена всего несколько месяцев назад. В этой закладке содержались имена и изображения некоторых людей, к которым граф должен испытывать огромное доверие. Её удалить импульсом маны получилось довольно легко.
Последняя чужеродная ментальная закладка внушала негативные чувства к Российской империи и побуждала желание восстановления независимости Речи Посполитой. Проблема в том, что эта закладка внедрена уже поверх такой же более давней. Следов от этой более давней практически не осталось. К сожалению, её уже не снять, разве что только более позднюю закладку. Полностью это, конечно, не избавит от желания борьбы против Российской империи, но ослабит как минимум в два раза точно.
Закончив работать с подсознанием графа, я погрузился в подсознание графини. Но тут после довольно быстрого просмотра я не обнаружил следов чьего-то чужого. На всякий случай проверил подсознание Марии ещё дважды и кроме собственноручных ментальных закладок ничего обнаружить не смог. Для большей безопасности Ходкевичам внедрил по ментальному защитнику. Он, как и тот в подсознании графа, вряд ли сможет хоть кому-то противостоять, но против полных недоучек может помочь.
— Пан Александр, должен заметить, у вас действительно стояли чужеродные ментальные закладки, — сказал я спустя полчаса после начала проверки его подсознания.
— Что они должны мне внушить? — спросил меня граф, приняв к своему сведению сказанное мной.
— У вас три, хотя можно сказать четыре ментальные закладки, — начал говорить я. — Первая должна вас заставлять нормально воспринимать всё связанное с магией. Её, к сожалению, снять я не смог — слишком давно вам её внедрили.
— Ну это не сильно страшно, — признал граф. — Что с остальными? Они такие же безобидные?
— К сожалению, нет. Остальные не столь безвредные. Несколько месяцев назад вам установили закладку на безоговорочное доверие к некоторым людям. Её я смог снять без проблем.
— Вы можете сказать, к кому именно у меня вызывали доверие? — разозлился граф, получив информацию.
— Подробности выяснить не получилось. Получилось только выяснить, что она должна делать, но к кому именно — нет.
— Ничего, выясню это и сам, — явно мысленно обещал таким своим знакомым вечные муки граф.
— Сашенька, я и так могу назвать одного. Ты раньше с ним редко общался, а в этом году лучшими друзьями стали, — начала говорить Мария.
— Ты о ком, мама? — спросил у своей матери граф, явно не понимая, о ком она говорит.
— Аксамитовский. Помнишь такого?
— А ведь ты права. Ещё неделю назад мы вместе с ним выпивали, и я ему душу свою изливал. Сейчас даже понять не могу, откуда такое доверие к человеку, с которым у меня множество конфликтов на службе, — задумавшись, произнёс граф Ходкевич.
— Ну и третья закладка установлена примерно в то же время, что и предыдущая, на месте более старой такой же ментальной закладки, — начал говорить я после непродолжительной паузы, пока граф с матерью обменивались непонятными мне взглядами.
— Что она должна сделать? — спросил граф, готовясь к худшему.
— Она побуждала вас бороться за независимость Польши. К сожалению, я смог снять только недавнюю закладку. Более старую точно такую же я вообще с трудом смог обнаружить.
— Чем мне это грозит?
— Я просто не смог полностью убрать ваше желание борьбы за независимость, максимум — смог только ослабить.
— Пока что я ничего не ощущаю, но верю, — ответил мне серьёзно граф.
— Носите сделанные мною защитные комплекты артефактов постоянно. Лучше всего если вы их будете брать с собой даже на водные процедуры и сон. Так будет меньше шансов, что вас возьмут снова под контроль.
— Да, так и сделаем, — кивнул Александр и переглянулся со своей матерью.
— Вот ещё третий комплект. Сами решите, кто его будет носить, — достал я ещё один комплект защитных артефактов.
После этого мы попрощались, а я заглянул к маленькому Яну и, убедившись, что он полностью здоров, телепортировался к себе домой. Ходкевичи ещё одну ночь проведут в селе и завтра с утра отправятся к себе в поместье в Чернобыле.
Дома я нашёл свою ученицу, лежащую без сознания рядом с камнями, которые она всё же умудрилась перенести. Но должен заметить, Екатерина несколько схитрила: тяжёлые камни волоком на небольших стволах деревьев перетащила на новое место. Нужно отдать ей должное за проявленную смекалку. Подхватив ученицу телекинезом, я перенёс её в кровать, а сам начал вливать ману в наш дом. Надоело мне жить в одной комнате с ученицей. Хотелось свою личную комнату, но для этого дерево стоило увеличить ещё больше.