И это вот оттуда я ушёл? Или успел уйти?
«Я от дедушки ушёл, я от бабушки ушёл!» — чуть было не запел я на радостях.
Мне показалось — или на самом деле? — будто из клубящейся мути над покинутыми мной горами ко мне тянется длинное суставчатое щупальце… И я поспешно двинулся дальше вдоль хребта, перевалив его, чтобы не видеть всей той оставшейся позади серости, которой не удалось схватить и удержать меня.
Я полз навстречу разноцветной замечательной стране, в которой обязательно должен жить кто-нибудь хороший, кто всенепременно мне поможет. И уж наверняка расскажет и объяснит, где же именно я очутился.
Перебирая колёсами по неровностям скал, я с печалью думал о том, что, вобрав в себя множество магических книжек, так и не удосужился научиться сколь-нибудь толково магичить самостоятельно. Да хотя бы и как-нибудь! А то единственно, на что меня хватило — помочь Памплисиодору восстановить его украденную библиотеку! Но хорошо хоть это удалось осуществить. Очистка Священной рощи эльфов воспринималась мною сейчас как происшедшее не со мной. Да и вправду ли я отправил нефть с поверхности в глубину? Или же просто магия эльфов восприняла мою подсказку и справилась с напастью сама?
Стоп! А что, если моя нынешняя потеря способности к полёту и является следствием того, что у Памплисиодора украли его книжки вместе с домом? То есть дом украли попутно, для прикрытия, а целью воровства как раз и являлись магические фолианты? Вот потому-то мне и не удалось ничего намагичить в пещере — автомобильном кладбище, потому что у них, у наших врагов, уже заранее была приготовлена контрмагия!
Да и для чего мне магичить? — я пытался успокоить себя такими мыслями. А хотя бы и колдовать? Это людям постоянно чего-то не хватает: то им есть хочется, то пить, то выпить. То лошадей, то оружия, то замков, то дворцов. А женщинам так вообще — украшения, драгоценности, наряды. Вот уж что, по сути, самое бесполезное на свете! По мне, так покройся лаком — и ходи себе! А что? Блестит, сверкает, и от ржавчины защищает.
Нет, автомобилем быть в этом мире намного удобнее, чем человеком! Вот как мне, например. Горючее не требуется — прекрасно езжу и без него. Непонятно почему, правда. Масло… тоже не требуется, по тем же причинам, мне абсолютно неизвестным. Гараж не нужен — и вообще, и вследствие прекрасного здесь климата. Бензинчика бы, конечно, настоящего попробовать — вот и все мои заботы. Да и то из чисто ностальгическо-эстетических соображений. Интересно, а если бы людям не нужно было есть и пить, они бы всё равно ели и пили? Тоже из чисто эстетических соображений? Или по привычке? А что, вполне возможно. Как то, так и другое.
Я полз по скале, попеременно переставляя колёса, с каждым моментом передвижения опускаясь всё ниже и ниже по хребту. Нет уж! Лучше я потом между хребтами, по ущельям поеду, да через каменные завалы стану карабкаться, лишь бы прекратить это полуотвесное сползание на грани пропасти. А ну как сорвусь ещё? Хотя чисто резиновая обувка как нельзя лучше способствует скалолазанию — вон, на Красноярские Столбы народ почти исключительно в резиновых калошах лазает. Так что мы, автомобили, весьма приспособлены для покорения горных вершин. А в особенности те из нас, которые, подобно мне, научились умело перебирать колёсами.
И всё-таки ёкало где-то в жиклёре, когда из-под протектора вырывался вдруг небольшой камушек и шина оскальзывалась на десяток сантиметров книзу. Что я буду делать, если вдруг сорвусь? Что тогда? Продолжать думать в этом направлении не хотелось. Хорошо орлам… или кондорам? Здоровенные какие… Ишь, распластали себе крылья да парят в вышине. Козлов, наверное, пасут. Ну, в смысле высматривают.
А это что?
За очередным уступом показался очередной провал. Опять придётся обходить! Но… провал показался мне необычным: на дне его что-то мельтешило и раздавались яростные звуки — не то рычание, не то рёв, не то и то и другое вместе. До меня как-то и раньше доносились всякоразные шумы: свист ветра, удары падающих камней, шорох мелкой осыпи — мне никак не удавалось пройти по склону, не потревожив отколовшихся от общего массива камней и камушков. Да я и не ставил себе такой задачи, не учили меня скалолазанию, до всего самому приходится доходить. Но эти звуки показались мне очень уж нестандартными для данной местности.
Я сполз чуть пониже и присмотрелся, высунувшись над краем обрыва и скосив фары вниз.
На дне провала — или почти в самом начале ущелья — кипела схватка. Там сражались два дракона — чёрный и золотой. Они подпрыгивали, кружась друг вокруг друга, наносили удары крыльями, передними лапами с острыми когтями, ловко уворачивались от чужих ударов, изрыгали в сторону врага длинные огненные струи и старались ещё и укусить чужака после временного ослепления. Я даже немного залюбовался зрелищем. И мне представилось, будто там, внизу, шла схватка двух персонифицированных огнемётов.