«Что со мной? Где я? На небесах?»
Дыхание сбилось, сердце в груди загудело, как барабан. Я осторожно посмотрел сквозь ресницы. Вокруг меня высились светлые стены, из окна прямо в левый глаз бил луч света, а рядом со мной стояли люди в белых одеждах.
«Это боги? Но женщина похожа на дух плоти? И почему я лежу?» — вспыхивали один за другим вопросы.
Паника опять овладела сознанием. Меня убили враги? Отравил Первый Советник? Нет, это дело рук Мадана. Только он способен ударить ножом в спину. Я свел лопатки, но боли не почувствовал, зато от мыслей раскалывалась голова.
«Стоп! Они назвали меня раненым? Значит, я жив. Но где я?»
Память тут же вернула меня в железную коробку. Вот я выбираюсь, а дальше… встречаю разбойников. Вздох облегчения невольно вырвался из груди. Все нормально. Я в мире Виолетты и помню, что произошло.
— Молодой человек, — я поднял веки, — сколько пальцев видите?
Перед глазами появился белый палец с коротко остриженным ногтем.
— Один.
— О, это здорово! Назовите ваше имя. Помните его?
— Да, Бертан Хиллийский, правитель Хиллы.
— Кто? — человек в белых одеждах наклонился ниже, пристально вглядываясь в мои глаза, потом достал из нагрудного кармана (кажется, это удобно. Нужно сказать придворным дамам, чтобы пришили к моим одеждам такие же) палочку и направил ее на меня. — Не дергайтесь, я посмотрю ваши зрачки.
Я выдержал растерянный взгляд и пытку, хотя так и подмывало сорваться с места, схватить меч и убежать.
— Странно, с рефлексами все в порядке, — пробормотал мужчина.
— Зато с головой проблема, — фыркнула Гиана и взяла в руки прозрачный сосуд с тонкой, почти невидимой иглой на конце. — Может, ему успокаивающие вколоть? Пусть немного поспит.
— Да, пожалуй, — согласился мужчина.
Я уже понял, это местный лекарь. И почему сей ученый муж позволяет распоряжаться служанке? Не порядок!
Девушка наклонилась, обдав меня резким ароматом благовоний таких резких, что я невольно задержал дыхание, схватила за руку и приготовилась пронзить иглой мою кожу.
Это что? Изощренная пытка? Ну, уж нет! Тыкать себя не дам!
Я оттолкнул Гиану и резко сел, откинув покрывало, потом встал. Слава богам, никто не догадался меня связать. Моя одежда исчезла. Обнаженное тело мгновенно отреагировало на прохладу комнаты и покрылось пупырышками. Девушка, смотрела на меня, раскрыв рот и хлопала ресницами.
— Позовите слугу, — приказал я. — Мне нужно одеться.
— Лена, готовь-ка пациента к МРТ, — сказал мужчина. — И вызови невролога. Кажется, у нас проблема с головой.
— Это у вас сейчас будут проблемы, если не принесете мне одежду, — сквозь зубы процедил я, обшаривая взглядом комнату в поисках меча.
— Лена, позови санитаров. У нас тут, кажется, белая горячка до кучи.
Девушка бросила свою палочку с иглой и кинулась за дверь. Я следом, но лекарь преградил мне дорогу. Я смотрел на него сверху вниз и не понимал, как этот тощий старик может меня остановить. Одной рукой я схватил его за воротник белой одежды, приподнял, слегка встряхнул и кинул на кровать.
Ноги сами вынесли меня в коридор.
— Кто-нибудь! Принесите мою одежду! — в гневе закричал я.
В груди начал разливаться огонь злости. Еще немного, и я испепелю всю местную… И тут я огляделся и оторопел: передо мной был длинный коридор, залитый светом, а в нем гуляли люди в одинаковых одеждах: длинных светлых штанах и рубашках. Некоторые везли за собой на крохотных колесиках блестящие палки, украшенные кольцами, внутри которых стояли прозрачные сосуды с жидкостью.
Точно! Я на небесах!
Все это я охватил одним взглядом и уже повернулся, чтобы скрыться в своей комнате, как вдруг соседняя дверь распахнулась. На пороге показался маленький мальчик.
О боги! Здесь и дети есть?
Ребенок посмотрел на меня выпученными глазенками, выставил палец и пронзительно закричал:
— Мама, мама! Здесь дяденька голый!
— Ты что выдумываешь? — выскочила за сыном мать, заметила меня и взвизгнула: — Ой! Что вы делаете? Прикройтесь немедленно!
Ее крик привлек внимание людей, со всех сторон понеслись возгласы.
— Совсем головой тронулся.
— Первый раз вижу безумного красавца.
— Мужчина, как вам не стыдно!
— В этой больнице за пациентами совсем не смотрят?
Я ничего не понял и растерялся. Никогда еще моя нагота не вызывала такого беспокойства. Я невольно оглядел себя. Прекрасное тренированное тело, плоский живот, сильные бедра. И чего эти чужестранцы так заволновались?
«А-а-а, — вдруг сообразил я, — они никогда не видели детородного органа! Тогда как они размножаются?»