Александр Второй, неудержимый реформатор, магическим даром был обделён. А потому — относился к древней и тайной службе с видимым подозрением. В его бытность финансирование было урезано до минимальных значений. А ещё — он всю жизнь желал упорядочить магию. Ввести нечто вроде лицензирования вместо тотального запрета.
И поскольку Александр дистанцировался от ордена антимагов, тем довелось немало потрудиться, чтобы остановить своего правителя. Разумеется, убийство монарха объяснили происками несогласных с его реформами. Начиная с Александра Третьего правителей, лишённых колдовской силы, больше не было.
Вот и Екатерина обладала недюжинным даром. Он был особенным, и Григорий прозвал его «синдром золотой антилопы». Всякое дело, за которое бралась императрица, оборачивалось огромными прибылями. Благодаря ней Россия вошла в тройку ведущих мировых держав: наряду с Соединёнными Штатами Европы и СГА.
Бесстужев не интересовался международной политикой. День за днём он искал (и успешно находил) угрозы, которые были способны помешать царствованию его Матушки. И новое предупреждение магических карт оказалось весьма странным. Он сделал не меньше десяти раскладов, но все они давали странное сообщение:
Бродяга на Срамной горе ушедшей столицы.
Несколько бессонных ночей (а карты разговорчивы лишь при свете Луны), и ему удалось выяснить детали. Старая (или ушедшая) столица — это, безусловно, Москва. Бродяга — нищий скиталец, то есть бездомный подданный. Со Срамной горой оказалось сложнее. Сначала Григорий полагал, что карты ведут его в Красные кварталы. Те самые, что были созданы для услады срамных потребностей.
Но нет.
Да и откуда там взяться нищему бродяге? К тому же, тот должен был обладать магическими способностями. Необычными и сильными, иначе как бы он повлиял на баланс? Представить себе человека, который при таких талантах оказался на улице, было нелегко.
— Мы здесь будем искать этого бродягу? — спросил Красный. — Может, стоит задержать их всех, да проверить?
— Нет, — ответил Григорий. — Не забывай, что у нас много врагов. Что если они обнаружат бродягу первыми? Нам надо действовать осторожно. И тихо. Чтобы своими поступками не нарушить баланс.
И такой исторический прецедент уже был. Правда, Григорий тогда ещё даже на свет не появился. Николай Второй так заигрался в магию, что нарушил баланс. При нём один из слуг ордена получил ненужную популярность. В результате Григорий Распутин стал антигероем анекдотов на долгие годы…
Бесстужев во всяком деле любил подготовку. Вот и теперь он предпринял меры, чтобы их появление на свалке выглядело логичным. Втроём они двигались по насыпной дороге, своим видом привлекая внимание. Однако же, легенда у них была. Вместе они приблизились к небольшому городку из бытовок.
По мере ходьбы раздавались громкие хлопки, похожие на взрывы. Не было ни логики, ни особого ритма. Между двумя хлопками могло пройти несколько секунд, а могла — минута. Григорий прислушался и обратился к сути хлопка. Да это же выстрелы! Интересно, кто мог палить в подобном месте? И в кого?
— Я не рад вашему визиту, судари, — произнёс Аристарх, когда они приблизились к директору мрачного места. — Но слово императрицы для меня — закон.
— Вы и ссылке в Москву не были рады, — парировал Григорий. — Извольте проявить уважение к посланникам Её Величества.
— Так я проявляю, — пробасил директор. — Или вы с чем-то не согласны?
Да уж. Этому уважаемому дворянину пришлось провести на свалке уже несколько лет. Конечно, он выбирался домой в нерабочее время, имел выходные и отпуск. Мог выехать на лечение на Минеральные воды или даже в Париж. И всё же, находиться здесь, среди гор мусора, пять дней в неделю — это испытание.
За что же он оказался здесь? Аристарх руководил реконструкцией Большого порта Санкт-Петербурга. Тот не справлялся с бешеным оборотом товаров, которые необходимо было доставлять на все континенты, включая далёкую Австралию. Но многомиллионные бюджеты были освоены криво. Реконструкция затягивалась, сдача императорского объекта — откладывалось.
А уже на финишной прямой стало известно, что Аристарх умудрился проиграть в карты два миллиона рублей. И это только одна ветвь убытков! Даже несмотря на всю магию Екатерины Третьей, Большой порт стал глубоко убыточным проектом. Вместо позора и острога Аристарх оказался в Москве. И до конца своих дней должен был руководить… сортировкой мусора.