— Здравствуй, — приветствовал я своего слугу. До чего же мерзкое слово — слуга!
— Здравствуй, Семён, — ответил Тима. — Или мне теперь звать тебя господином?
Мы оба рассмеялись.
— Вот что, Тимофей, — начал я. — Мне дан приказ привести тебя в порядок. Уговорить тебя побриться, постричься… Не пить алкоголь.
— Не пить? — возмутился бродяга? — А зачем мне тогда мастер вот это выдал?
В углу его комнатки стояла целая упаковка маленьких бутылочек с алкоголем. У них были такие красивые цвета и этикетки, что мне поневоле захотелось взять их в руки. Подержать. Попробовать. Вот ведь, жулик! Ладно, придётся начать с малого. Привести в порядок хотя бы внешнюю часть Тимофея.
— Ты уже сегодня убирал? — спросил я. — Пойдём отсюда. Подальше от соблазнов.
Белая роба пачкалась от одного взгляда — как в ней вообще убираться? Я подумал, что делать в ней уборку — глупое занятие. Мы обнаружили ещё одного работника Укрытия по имени Гавриил. Он служил кем-то вроде завхоза, но важничал, будто сам Бесстужев. Я потратил пять минут, пытаясь втолковать ему, что Тимофея надо постричь и побрить.
— Для чего это? — сказал он. — Ему и так добре.
— Таков путь! — рявкнул я. — Сказано вам, Гавриил, обеспечьте стрижку и бритьё Семёна.
— Я не буду этим заниматься, — ответил он, вытягивая губы. — Могу только выдать ножницы. И бритву.
— А где его стричь? — возмутился я. — Не в комнате же!
— Для этого есть комната на нулевом, — буркнул Гавриил, словно это было очевидно.
Он отвёл нас туда. Проход в подземелье был закрыт массивной дверью. На нулевом этаже были крохотные окна, откуда поступал солнечный свет. Я усадил Тимофея в кресло и начал думать, как его привести в порядок. Эх, отправиться бы в ту «цирюльню», где так удачно мне дали билет в жизнь в империи…
— Знаешь, что я думаю, Сёма? — вдруг спросил Тимофей.
— Нет, — ответил я. — Понятия не имею.
— Я думаю, что этот маскарад нужно прекратить. Вчера я достаточно напитался от камня… И ты, как мне кажется, теперь на нашей стороне.
Тимофей совершил несколько движений руками — и полностью преобразился. Его слипшаяся, скомканная борода упала на землю. Длинные волосы превратились в аккуратную причёску. Но и это ещё не всё! Грязные одежды стали аккуратным костюмом. И отвратительный запах тоже куда-то пропал.
— Как тебе? — спросил он с улыбкой. — А, отобранный?
Я молчал, поражённый. Его хриплый голос стал нормальным, самым обычным. Чёрные зубы сменили цвет на светлый. Выходит, он — тоже маг? Что это за игры? Что за безумие? Даже в самых смелых фантазиях я не мог представить такой поворот событий… Тимофей перестал улыбаться.
— Мне есть многое, что рассказать, странник, — начал он. — Как твоё настоящее имя?
— Алексей… — ответил я.
— Так вот, — продолжал Тимофей. — Рассказать мне есть много чего. Да времени у нас нет.
— Нет уж, позволь, — начал я. — Ты что, тоже работаешь на Бесстужева?
— Боже упаси, — бросил Тима. — Нет, я их злейший враг. Не я сам, конечно… Не только у него есть карты. Нам тоже стало известно, куда и примерно когда явится отобранный. Мне пришлось самому превратиться в нищего. Чтобы не пропустить появление. И возможностей, как ты можешь понять, у нас поменьше.
— А как же… лёгкие? — спросил я. — В амбулатории я видел! У тебя были абсолютно чёрные лёгкие. С такими не живут.
— Это морок, — лениво объяснил Тимофей. — Самый обычный морок, иллюзия для колдуна. Ты — сильный маг, да неопытный. Ничего, всему научишься. И не в этом доме пыток, а в нормальном месте.
— Подожди-подожди, — продолжал я. — Если ты маг… Почему они этого не заметили? Почему не разоблачили?
— На свалке я рисковал, да, — кивнул собеседник. — Приходилось всё время держать в поле зрения пособников Бесстужева. Но они ленивы и глупы. Обмануть их было непросто… Но мне удалось.
У меня просто не было слов. Выходит, с самого начала у меня могли быть союзники? Но почему же всё пошло наперекосяк?
— Надо было намекнуть, — пожурил я Тимофея. — Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти!
— Я не мог рисковать, — вздохнул он. — Ты мог быть посланником антимагов. Мне нужно было вести себя максимально естественно. Лишь когда ты убил Анатолия, я всё понял. В ту ночь я вытащил тебя из камеры. Но сознания в тебе не было. Пришлось оставить тело… Лишь случайно я выяснил, что ты не умер.