Острые когти без всяких проблем прорывали ему путь, а гладкая поверхность тела позволяла ничему не цепляться.
Не прошло и десяти минут, как когти вирмлинга ударились о поверхность стены. Выкопавшись же, Думов двинулся в сторону остатков лестницы. Хоть большая часть полотна и развалилась, но имеющейся части было достаточно, чтобы взобраться по ней на самый верх. У стен же имелись очень высокие бортики, но в ряде мест они обрушились, что позволило Льву оглядеть сквозь них мир.
И это того стоило.
Крепость расположилась на вершине пологой горы, позволяя всякому, кто её контролировал, полностью осматривать местность во все стороны.
Куда бы Думов не посмотрел, вдалеке грозно стояли высокие горы и между ними тут и там притаились небольшие зелёные долины. Расположение гор и долин было подобно лабиринту, так плотно они стояли друг на дружке.
Но крепость была не единственной постройкой великанов. Прямо под фортом расположились ныне порядком одичавшие сады гигантских деревьев. По их ровным порядкам можно было предположить, что это плодоносящие растения.
А ещё дальше Лев заметил тех, кто уже много раз им «помогал». Стадо шерстяных носорогов неторопливо паслось, разрывая снег и что-то едя. Могли ли они раньше принадлежать великанам, а теперь «по наследству» перейти к красной драконице?
Представший перед Львом вид был столь прекрасен, что Думов на мгновение потерял самоконтроль и издал громкий, торжествующий рёв. В этот момент, стоя словно на вершине мира, он чувствовал себя правителем мироздания.
— Кри-и-и! — донёсшийся откуда-то издалека мощный птичий крик заставил «великого дракона» изрядно перетрус… проявить благоразумие и спрят… затаиться в засаде в ближайшей куче снега.
Осторожно выглянув, Думов заметил вдалеке маленькую точечку птицы. Будь Лев всё ещё человеком, то он бы посчитал её обычной птицей, но драконье зрение оказалось способно не только справиться с расстоянием, но и примерно рассчитать размер «птички».
«Проклятье, да она больше нашей матери», — пораженно подумал Лев, смотря, как чудовищный пернатый монстр обманчиво медленно взмахивает крыльями, что заставили бы удавиться от зависти самые большие транспортные самолеты Земли: «Но ничего, рано или поздно я тоже вырасту и мы ещё посмотрим, кто окажется истинным правителем воздуха».
Насладившись зрелищем, Лев уже начал подумывать о том, чтобы возвращаться в пещеру. В конце концов, он мог вернуться сюда и завтра. Однако неожиданное чувство заставило его недоуменно остановиться.
Это было похоже на зов, просящий его зайти в некое место. И если верить чувствам, это самое место находилось точно в сгоревших руинах донжона чуть в стороне от входа в пещеру. Верхние этажи здания рухнули, но нижний вполне себе был цел.
Надо ли говорить, что Лев неожиданно встал перед дилеммой?
Его человеческая сторона, а также пришедшее с ней благоразумие, намекали, что тащиться в разрушенный замок с кучей мертвых великанов и неким подозрительным телепатическим голосом, далеко не самая разумная идея.
С другой стороны ринга выступали два настоящих брата тяжеловеса — драконья гордость и любопытство. Льву было глубоко неприятно бежать от чего-то в страхе, даже не зная, от чего он, собственно, бежит.
Кроме того, его любопытство намекало, что будь там что-то опасное, драконица уничтожила бы это давным-давно.
Не прошло много времени, как красный вирмлинг решительно закопался в сторону донжона. Он решил осторожно глянуть и если там будет реальная опасность, то отступить, чтобы когда-нибудь потом вернуться.
Не бежать. Драконы не бегут.
Зная, что делать, Лев быстро достиг донжона и осторожно шагнул внутрь.
Всё оказалось не так плохо, как он опасался. В стенах было множество пробоин, дающих нормально света. Вместе с тем, его мать сожгла внутренности крепости особенно тщательно, поэтому скелетов-нежити можно было не опасаться — от них остался лишь пепел.
— Сюда, — чей-то шепот ввинтился Льву в голову. — За поворот. В комнате! Внизу!
Чем ближе Лев приближался к источнику голоса, тем четче он слышался. Но странным было то, что когда он добрался до указанного места, там никого не было! По центру зала стояла покрытая инеем пустая каменная тумба и больше ничего.
— Тупая ящерица, что с твоим зрением⁈ То есть, я хотела сказать, о мудрейший великий дракон, будь добр опустить свою прекрасную голову к этой низменной земле и увидеть наконец сраную щель!