И как же Лев хотел быть способным на подобное же. Чувствовать в своих когтях мощь самой стихии. Уметь повелевать вулканами и их яростью. Выдыхать пламя такой силы, чтобы лишь от его приближения металл превращался в газ, обжигая его возможных врагов.
Мужчина уже давно смирился, что его новая жизнь не будет мирной. Он жаждал сокровищ и очень сомневался, что ему их кто-то просто так подарит. К тому же, не сказать, что он был против с самого начала.
Но вместе с тем, Думов не мог выбросить из головы подход своего отца. В отличие от матери Доругот не разбрасывался голой мощью, а отточил её словно острый клинок. Он использовал свою магию четко и выверено, не тратя ни единой унции силы зря.
Впрочем, Лев прекрасно понимал, что золотой дракон скорее превратит его в шашлык, чем поделится хотя бы крохой знаний. Информация была силой, а драконы были не той расой, что любила что-то раздавать бесплатно.
В отличие от обычного положения вещей, в этот раз их мать не стала ждать у моря погоды и решила рассказать как можно быстрее, что именно и почему произошло. Для этого она легла максимально удобно, чтобы не травмировать раненную спину и напустила на себя тот вид, который у неё обычно появлялся при долгих историях.
— Всё началось очень давно, во времена, когда великие стаи драконов свободно плавали по всей вселенной. Это продолжалось на протяжении неисчислимых веков, и никто точно не знает, сколько именно шло. Великими же называли лишь те стаи драконов, что давали абсолютно уникальное и стабильное потомство.
Красная драконица поморщилась от боли и вновь попытался поудобнее устроить крылья.
— Мы, драконы, одна из самых приспосабливаемых рас во всем мироздании. Где бы мы не оказались, то рано или поздно, научимся подчинять правящие там силы своей воле. Драконы оказались рассеяны по всей вселенной и не было ни единого места, где нас не оказалось бы. Как результат, разные планы и миры дали путь разным великим стаям.
Один из пальцев драконицы оказался загнут.
— Мы, Цветные драконы, родились из миров, наполненных разнообразными разрушительными стихиями. Природные элементы текут в нашей крови и несут смерть врагам. Мы, как стихия, неистовы и яростны, и это наш путь.
Второй палец присоединился к первому.
— Следующую стаю драконов занесло в планы, наполненные куда более духовными, чем физическими стихиями. Кошмар, мечта, астрал, эфир и подобные им — именно эти необычные стихии дали силы Мистической стае.
Настала очередь третьего пальца и, что странно, сразу четвертого.
— Какие-то из драконов по какой-то странной причине посчитали, что планы Небес и Ада отличные места для жизни. После того, как те миры их изменили, они выбрали свой путь.
Для пятого и шестого пальца драконице пришлось использовать уже две лапы.
— Драконы Порядка и Хаоса… Об этих ублюдках не принято свободно говорить, но вы должны о них хотя бы знать. Вы уже слышали, что все миры плывут в бесконечном море хаоса. Но Хаос — это больше чем просто стихия, он начало и конец всем мирам. То, из чего мы появились и то, куда мы когда-нибудь все уйдем. За многие миллионы лет кружащиеся в Хаосе миры своими эмоциями изменили последний. Он стал несоизмеримо опаснее, активнее и страшнее. В нём появились свои обитатели, демоны хаоса. Своими страстями смертные создали наш всеобщий конец.
Красная драконица мрачно хмыкнула.
— Но там, где есть сила, есть и противодействие. Каждый из миров — это воплощение Порядка. И скоро у Порядка появились его, так называемые, защитники. Те, кто решил, что любое, даже самое страшное злодеяние оправдано ради торжества Порядка. Не думайте, что раз они пытаются защитить миры, то они чем-то лучше своих противников. Даже тех крох, что я о них слышала, достаточно, чтобы совершенно им не доверять.
Сариана пожала плечами.
— Силы Хаоса и Порядка ведут бесконечную войну на тысячах миров. Драконы же стали их пешками, слепо бросающимися в совершенно чужой для них конфликт.
Красная драконица тяжело вздохнула, загибая седьмой палец.
— И вот мы наконец подошли к последней из великих стай, металлическим драконам. Забавно, что, как и мы, они многое почерпнули из стихий. Но в отличие от нас, цветных, они всегда боялись своих натур. Из поколения в поколение они сдерживали себя, ограничивали ярость, что и привело к ослаблению цвета их благородной чешуи. Это дало им лучшее понимание магии и волшебства, но ценой стала их суть!
На последних словах драконица буквально рычала от злости, но в конце концов успокоилась.