Лев задумался.
— Кроме того, выбери какие-нибудь несколько стран и уничтожай чудовищ, что будут их мучить. Можешь пытаться брать с них плату…
— Драконы никогда не будут служить смертным. — возразила Аксилия, но сделала она это уже без всякого жара, просто автоматически.
— Я и не предлагаю. Ты просто будешь брать у смертных дань за то, что сделала бы и так, бесплатно. А то, что твои действия принесли им пользу, то это не больше чем чистая удача.
— Наш договор в силе маленький вирмлинг. — серьезно кивнула черная драконица, вновь заставив Льва скрипеть клыками. — Ты помог мне взглянуть на мой путь с совсем иной, неожиданной стороны. Пока я безуспешно пыталась пролететь шторм, ты показал мне, что в шторме есть воздушный коридор. Теперь у меня остался к тебе лишь один вопрос.
Морда драконицы приблизилась ко Льву слишком близко для его чувства самосохранения.
— Ты сказал ранее, что считаешь меня красивой. Это правда?
— Ха-ха. Я так сказал? — попытался съехать с неудобной темы Лев, однако пылающий взгляд драконицы дал ему понять, что его попытки изначально обречены на провал.
— Да. — коротко ответила Аксилия.
— Ну тогда да, я так сказал. — смирился Думов.
— Прекрасно, — мрамор под их ногами чуть дрогнул, когда драконица расположилась поудобнее. — А теперь продолжай.
— Что продолжать?..
— Говорить, что ещё ты находишь во мне прекрасного? — глаза драконицы сверкнули непонятным светом.
— …
Внезапно у Льва появилось ощущение, будто вселенная ему за что-то мстит. Но за что⁈
В этот момент стоявший в стороне Асириус почувствовал странное довольство, будто за все его страдания к нему вернулась часть справедливости.
Неужели в его шамана учителя наконец-то долбанула молния?
— Брат, а почему ты такой мрачный? — заинтересованно спросила Латунная, буквально пышущая восторгом. — Как мы все встретись, так ты всё смотришь в одну точку…
Лев вернулся одним из последних, когда на оговоренном месте все уже собрались. К счастью, он не опоздал. Если бы его пошла искать Сариана, мало бы не показалось никому.
Аксилия не отпускала его до последнего, искренне наслаждаясь описанием Думовым остроты её рогов, мощности когтей и гладкости чешуи. Льву пришлось изрядно поднапрячься, чтобы не повторяться, но даже если он это делал, Жаждущая крови всё равно благосклонно принимала любые комплименты.
— Не важно, — хмуро ответил Лев. — Просто устал говорить.
— А с кем ты так много общался? — это уже задала вопрос удивлённая Синяя.
— С… — Думов проглотил всё, что хотел сказать, покосившись на идущую впереди мать. — Не важно с кем. Как у вас самих-то прошло?
— Это было та-а-ак весело! — легко переключилась на новую тему Латунная, пока что-то почуявшая Синяя подозрительно сверлила Льва взглядом. — Представляете, я видела одного Латунного дракона! Мы с ним так хорошо поболтали! Он много рассказал и даже приглашал когда-нибудь в гости. Он живёт на побережье центрального океана и часто общается с разными моряками, что плывут из разрушенного континента…
— Кажется, наш брат тоже с кем-то хорошо пообщался, — елейно заметила Синяя. — Иначе почему от него идёт столь сильный запах другой драконицы? Не в этом ли причина его молчаливости?
— Что за драконица, сын? — Лев с холодком понял, что их мать всё это время их внимательно слушала! И прямо сейчас её немигающие огненные провалы на месте глаз смотрели прямо ему в душу. — Это та, о ком ты не хочешь говорить?
Глаза Думова быстро забегали туда-сюда, пока он изо всех сил пытался придумать, что же ему ответить. Говорить правду, где он источал свои лучшие комплименты, не показалась ему лучшим решением.
Его мать уже не раз показала, что она совершенно не предсказуема! Ей может быть как всё равно, так и очень даже нет!
К счастью, сейчас ему не пришлось отвечать.
— Сариана, моя вечная соперница! Какая неожиданность тебя здесь встретить. Смотрю, годы были к тебе неблагосклонны, ведь с нашей прошлой встречи ты почти и не выросла.
Полностью потеряв интерес к своему сыну, Сариана медленно развернулась и презрительно уставилась на вставшую перед ней драконицу.
— Это говорит мне та, кто проиграла наш последний поединок хвастовства? Маливен, неужели ты наконец-то набралась храбрости, чтобы проиграть мне ещё раз?