Мы вышли на улицу и минут через десять оказались на стоянке. Машина Игоря стояла у выхода. Он достал из кармана ключи, отключил сигнализацию, и мы залезли внутрь.
В салоне было невыносимо душно. Игорь включил кондиционер и достал телефон.
– Сейчас посмотрим, где он находится.
Он сделал несколько манипуляций, потом ещё, и ещё, и в конечном счёте замер, недоуменно глядя на мерцающий экран телефона.
– Что за черт?
– Что случилось?
– Не знаю, но это странно. Похоже GPS отключен.
– И что теперь делать?
– Без GPS нам его не найти. Слушайте, Александра, может Вячеслав Андреевич все таки сказал, куда именно едут. Ну там, обмолвился, как-то намекнул?
– Нет, ничего такого.
– Что ж, в таком случае, сделать мы больше ничего не можем. Будем ждать. Может это временный сбой в системе.
– Я не могу ждать, понимаете? Я должна что-то сделать.
Я выбралась из машины и пошла к выходу. Игорь меня догнал на пол пути и попытался остановить:
– Александра, давайте не будем пороть горячку, хорошо? – сказал он. – Вы ведь наверняка ничего не знаете. Может именно в этот момент Вячеслав Андреевич едет домой, а вы своими беспочвенными переживаниями треплете себе нервы. Успокойтесь.
Он взял меня за плечи, чтобы остановить, но я быстро убрала его руки от себя.
– Не трогайте меня! Я знаю, что говорю, Игорь, и если вы мне не верите, можете уходить. Я сама во всем разберусь.
– И что вы будете делать?
– Что нибудь придумаю, – огрызнулась я, хотя сама и близко не знала, куда мне сейчас деться.
Тогда Игорь заговорил:
– Слушайте, Александра, давайте сделаем так. Сейчас я отвезу вас домой, вы примите душ, придёте в себя и до вечера ничего не будете предпринимать. Если вечером Вячеслав Андреевич не позвонит, как обещал, я приеду к вам, и тогда мы с вами уже будем бить тревогу. Согласны?
Я не хотела признаваться в этом, но Игорь в большинстве своем был прав. Что я могла сейчас сделать? Ничего. У меня не было ни каких доказательств того, что Вячеслав Андреевич в опасности, лишь предчувствие. Но с предчувствием в полицию не пойдешь, они там и близко слушать тебя не станут. Поэтому нужно было время, ведь может я и впрямь накручиваю себя по пустякам, и с Вячеславом Андреевичем сейчас все в порядке. Кто знает.
– Да, согласна.
– Отлично. А теперь садитесь в машину, и я отвезу вас домой.
За все то время, пока мы ехали с Игорем в машине, я не проронила ни слова, лишь сказала, где живу, и больше все. Игорь был не против молчания – это его полностью устраивало.
Доехав до моего дома, он высадил меня, сказал, чтобы я не расстраивалась, напомнил о том, что я должна ждать звонка Вячеслава Андреевича, и, попрощавшись, уехал.
Чувствуя себя полностью разбитой, я поднялась к себе в квартиру, приняла горячий душ и, чтобы хоть как-то дотянуть до вечера, включила телевизор.
Время тянулось невыносимо долго. Через пару часов телевизор мне надоел, и я решила убивать время с помощью приборки. Надо сказать, квартиру я запустила будь здоров – накопилось столько барахла, что только к семи вечера я и управилась.
Избавившись от последнего мешка с мусором, я обессиленная плюхнулась на диван и только собралась закрыть глаза, чтобы перевести дух, как тут зазвонил телефон.
Усталость как рукой сняло. Я вскочила с дивана и побежала в прихожую, где оставила телефон.
Сердце колотилось как бешеное. Трясущимися руками я сняла трубку и чуть лишь не проорала:
– Господи, Вячеслав Андреевич, наконец-то!
Секунду в трубке висело молчание, а потом раздался голос Игоря:
– Нет, Александра, это я, Игорь. Тут такое дело...
Второй раз за день сердце ухнуло в пятки.
– Что...что случилось?
– Понимаете, тут... В общем, пару часов назад на трассе произошла авария. Вячеслав Андреевич...
– Что с ним?
Игорь замолчал – мне показалось, он молчал целую вечность. Потом наконец он сказал:
– Саша, прошу, только спокойно.
– Да что случилось?
– Саша, Вячеслав Андреевич мертв.