Саша покраснела так, что щёки теперь напоминали цветки жар-травы. Сразу почувствовал себя подлецом, ведь не хотел этого говорить, просто вид довольного эльфа меня вывел из себя.
— Именно так и есть! — не смутился тот, продолжая разводить костёр. — Благодаря Саше происходят изменения, это невозможно не чувствовать. Сама земля вновь становится плодородной. Надеюсь, однажды к женщинам этого мира опять вернётся возможность зачинать и вынашивать детей.
Эльф говорил спокойно, но почувствовал, что его что-то гнетёт. Ох, уж эта моя новая черта в виде сопереживания. Жил же я когда-то без неё спокойно и весело, а теперь придётся спрашивать, что так волнует самодовольного блондина, сам ведь никогда не расскажет. Вот принципиально не буду! В конце концов, я — суровый охотник, а не изнеженный потомок первых, типа этого гордеца, которые только и знают, что языками чесать, да стишки писать!
— И что тебе не нравится в происходящих изменениях? — всё же спросил я, тут же ощутив желание прикусить свой непослушный язык.
— Возможно, дело в том, что наш мир, — наш Великий праотец, давший жизнь каждому живому существу — всё ещё не хочет, чтобы к женщинам вернулась их магическая сила, которой он лишил их после бунта против него… — задумчиво протянул Урд, словно пытаясь осмыслить суть сказанного.
— Но ведь это было так давно! — не заметил, как Саша подкралась ближе, внимательно слушая. Хреновый из меня охотник, раз не услышал её шагов, а, может, тоже был слишком занят размышлениями, которым раньше не было места в моей голове.
— Да, это было очень давно, но что такое «давно» для того, кто является целым миром? Боюсь, праотец так и не простил предательства своим дочерям. Про некоторых из них мы теперь можем узнать лишь из летописей. Говорят, что последние женщины-фениксы, сгорели в огне, не сумев обернуться из пепла; легкокрылые феи потеряли возможность летать и стали добычей для тех, кто хотел экзотики. То, что мы встретили в пустыне ночных нагинь — просто удивительно и невероятно. Я был уверен, что и они давно вымерли, лишившись своих сил.
— Знаете, порой не могу понять, зачем тогда мир призвал меня сюда, сделав Избранной? — сейчас Саша казалась маленькой испуганной девочкой, на которую внезапно обрушилась серьёзную ответственность. Хотя таковой она, по сути, и была, — совсем юное и хрупкое создание, открывшая в себе небывалую силу.
— Я не знаю… — эльф принялся поправлять волосы, как всегда делал в минуты душевного волнения. — Предыдущие Избранные являлись в этот мир без особого желания что-то изменить. Им нравилось жить в Родовой башне, в окружении роскоши, изысканных яств, отборных вин и лучших представителей рас, населяющих наш мир, от которых они обзаводились потомством.
— Ходячие инкубаторы, вот для чего их призывали сюда! — девушка презрительно наморщила носик. — Тогда тем более странно, что выбор пал на меня. Из меня какая Избранная, когда у меня имеются проблемы с деторождением…
Она не стала продолжать, но мы с Урдом поняли, что она хочет сказать. Одновременно очутились с ней рядом, беря за руки.
— Саша, если кто-то и в состоянии спасти этот мир, то только ты! — заявил с уверенностью, поглаживая девичью ладонь.
— Мы в тебя верим и пойдём за тобой! — эльф прикоснулся губами к кисти нашей супруги.
Урд
Саша постоянно твердила, что слишком переживаю, а оборотень и вовсе называл занудой, но я был с ними в корне не согласен. Нам предстоял опасный и сложный переход через горы. Саше можно простить её легкомыслие, она — иномирка, да и обладательница магической силы, которая совсем вскружила её хорошенькую голову. Но я-то видел, какая она нежная и хрупкая, словно цветок, который нужно оберегать. Ну а с потомка Зверей и взять нечего, животное, одним словом, живёт лишь инстинктами. Хотя, надо отдать ему должное, в последнее время он сильно изменился. Хорошо, что хотя бы я в нашей троице могу рассуждать взвешенно и логично.
Именно поэтому последняя стоянка перед подъёмом в горы заняла несколько дней. Тщательно изучил содержимое наших заплечных мешков. Хорошо, что заклятие сжатия ещё работало, поэтому смог туда впихнуть всё необходимое. Но что, если нас застанет снежная буря? А ведь я, житель летнего леса, ни разу не видел снега… Голова взрывалась от количества задач, которые предстояло решить.