Меч? О чем они вообще говорили? Кто сейчас умирает с мечом в руках? Этот аргумент явно исходил от какого-то древнего старца, застрявшего во временах викингов.
— Простите, но кто сейчас носит мечи? Это же не модно! — вмешался в спор женский голос.
Я пыталась разглядеть богиню, которая это сказала, но видела лишь расплывчатый силуэт. Она казалась очень современной, даже слегка дерзкой.
Наконец заговорил председательствующий. Один. Его мудрый всевидящий взгляд пронизывал меня насквозь.
— Достаточно! Она проявила милосердие и храбрость. А этого вполне достаточно для перерождения. Тем более сейчас как раз подходящий момент. Одна девица, которой еще рано умирать, тонет в озере. Она связана с этим местом и еще не выполнила предначертанное, поэтому я повелеваю! Отправить ее в тело тонущей девицы! Ее спас сейчас славный конунг Харальд. Да будет так!
Сознание снова начало меркнуть, уплывая в темноту. Или я просто закрыла глаза, чтобы немного отдохнуть? Казалось, это именно то, что я и сделала…
Когда я снова открыла глаза, богов не было. Не было величественного стола, не было приглушенного света. Передо мной был лишь… мужчина.
Мокрый, замерзший до костей, с обнаженной мускулистой грудью, испуганно вглядывающийся в мое лицо.
— Жива! Слава богам! — крикнул он во все горло, и его голос казался невероятно громким после загробной тишины.
Жива? Но как? Где я? Что происходит? Я попыталась сесть, но тело не слушалось. Меня била дрожь от дикого холода. Казалось, я пролежала в ледяной воде целую вечность.
Я кашляла, задыхаясь, и из моих легких вырвалась струя ледяной воды.
Где я? Это не больница и не скорая. Вокруг заснеженный лес, тот самый берег озера. Почему я здесь?
Перевела взгляд на мужчину. Кто он? Конунг Харальд? Это ведь он меня спас? У него был такой взгляд, от которого бежали мурашки, и они были покрупнее вызванных холодом.
Меня переполнял дикий животный страх. Я не понимала, где я, что происходит и как я здесь оказалась. Страх сковывал движения, лишал дара речи. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но из горла вырвался лишь хриплый стон. В голове проносились обрывки воспоминаний: боги, лед, мальчик, тьма, чьи-то крики… Это был сон? Бред умирающего?
Постепенно ко мне возвращалась способность мыслить, и на смену страху приходило огромное всепоглощающее удивление.
Я… я в другом теле! Это невозможно, но я это чувствовала. Кожа ощущала прикосновение ледяного ветра совершенно по-другому. Движения казались какими-то непривычными, чужими. Я посмотрела на свои руки.
Это не мои руки! Они тонкие, изящные, с длинными пальцами. Красные от холода, но такие красивые. Растерянность. Я хотела просто поработать экскурсоводом, а оказалась в прошлом, в теле другого человека. Вот это, конечно, был поворот!
В горле пересохло, язык прилип к нёбу, но я попыталась выдавить из себя хоть что-то.
— Где… где я? — прошептала я чуть слышно.
Мужчина нахмурил брови, и его лицо стало еще более суровым.
— Что, от холода память совсем отшибло? Да ты что, совсем плоха? — прорычал он, и от его голоса меня пробрала еще большая дрожь. Хотя куда уж больше?
Память? Отшибло память? Прекрасно! Я решила подыграть. Сейчас мне точно не до выяснения, кто я такая и как я здесь оказалась. Разберусь со всем этим безумием позже. Главное — выжить!
Я неуверенно кивнула, изображая растерянность и слабость. Хоть в чем-то я была уверена: с памятью у меня все хорошо, как минимум с прошлой жизнью.
— Гром и молния! Этого еще не хватало! Еще и память потеряла! Ну ничего, — пробормотал мужчина себе под нос, а затем резко повернулся ко мне: — Слушай, сейчас не время для глупостей! Раздеваться! Быстро!
Раздеваться? Господи, что ему нужно? Паника взорвалась в моей голове, словно фейерверк. Я испуганно отшатнулась от него, прижимая к себе мокрую ткань, как будто она могла меня защитить.
Мужчина заметил мой взгляд и побагровел от злости.
— Чтоб тебя Нидхёгг заклевал! Не строй из себя невинность! Думаешь, кто-то вообще интересуется твоей сомнительной красотой и честью? Валькирий на своем веку повидал уж точно более прекрасных. Сейчас главное — не превратиться в ледышку! Обмороженная девица мне тут точно не нужна!
Он выпалил это с таким раздражением, что я невольно вздрогнула. Нидхёгг? Вальхалла? Похоже, я действительно попала в прошлое. И здесь свои правила, свои представления о чести и приличиях. Что ж, придется подстраиваться.
— Нам нужно сохранить тепло. Мокрая одежда — верный путь к смерти. Так что раздевайся, женщина! — рявкнул он, и я молча кивнула, стараясь подавить дрожь в коленках.