- Ты не можешь этого знать.
- Я нет. А вот Фаина да. Эта девушка особенная.
Ведьмак настороженно посмотрел на наставницу.
- Понимаешь, Геральт, Фаина не обладает даром речи, но обладает не только даром исцеления, которому я ее научила, и, кстати, весьма в любопытной форме, но и даром предвидения. Видишь ли, какая ирония, она не может говорить, но видит будущее.
Геральт заинтересовался. Во время своего повествования Нэннике собирала какие-то травы, смешивала их и перетирала. После чего она поставила ступку на медленный огонь и помешивала.
- Геральт, мог бы ты остаться еще чуток?
- Нэннике….
- Я вижу, тебя все еще терзают твои сны?
- Да…
- Скажи, что ты видишь в них?
- Что и раньше. Йен покидает меня…
- Ох, мой милый Геральт, - наставница погладила ведьмака по щеке, - душевные раны куда тяжелее и болезненнее, чем физические…
- Никаких ран у меня нет, - резко отвечает ведьмак и отворачивается от наставницы, - ведьмаки не умеют чувствовать.
- Тогда, как ты назовешь то, что было между тобой и Йеннифер? И как ты назовешь то, что сейчас с тобой происходит?
- Она околдовала меня и все…
- Ох, милый Геральт, ты все-таки дурак…
Слова пожилой наставницы задели ведьмака. Он был в ярости и одновременно в печали.
- Геральт, а что с той девушкой? Лейла, кажется так ее звать?
- Забирай себе. Меня она не к чему. Вдруг будет толк.
- Хм, толк-то может и будет, но ты уверен, что она хочет здесь остаться? Мы никого насильно не держим.
- А мне-то что с того?
- Мне кажется, или она привязалась к тебе?
Ведьмак ничего не ответил, а просто направился к выходу.
- Геральт! Сегодня вечером я пришлю к тебе Фаину. Поверь, девочка поможет тебе избавиться хотя бы от твоих навязчивых снов.
Вечер. Лютику стало лучше от снадобья Нэннике, а мазь снимала отек. Возле трубадура дежурила Лейла.
- Лейла, ты все время так возле меня сидела?
- Нет, Лютик, нет. За тобой ухаживали наставница и ее помощницы, я пришла недавно. Раньше меня не пускали, во сейчас разрешили, когда тебе стало лучше.
- О, милая Лейла, мне так приятно! – Лютик заулыбался, как младенец. – А какие тут приятные и красивые девушки!
- Лютик, ты не исправим! – посмеялась девушка.
- Ох, сейчас бы спеть балладу. Но Нэннике строго настрого мне запретила приближаться к девицам, - надув губы, пробурчал Лютик. – Ох, Лейла, а где Геральт?
- Он у себя в комнате, отдыхает. Как мне сказали, ему нездоровится, поэтому к нему отправили одну из помощниц. Кстати, это она и сидела с тобой все это время.
- Как нездоровится? А что случилось?
- Не знаю….
- Так иди и проверь! Лейла, не сиди. А ко мне приведут кого-нибудь, ох! Может и Фаину! – была бы возможность, Лютик запрыгал бы на месте.
Лейла засмеялась и послушалась Лютика. Ей и вправду было интересно, что же случилось с Геральтом. Она ведь и волновалась… С трудом найдя комнату Геральт в этом лабиринте, Лейла остановилась у его двери. Только собравшись с духом, она услышала звуки. Точнее стоны. Мужские стоны. Не может быть. Дверь была не полностью закрыта и девушка заглянула в щель. От того, что она увидела, у нее замерло сердце. На обнаженном ведьмаке сидела девица, та самая Фаина. Голая, она скакала на ведьмаке, как на лошади. Ведьмак смотрел на нее, на ее прыгающую грудь, с силой сжимал бедра и насаживал ее на свой член. Мужчина пытался сдерживать свои стоны, но это с трудом получалось, и поэтому был слышен его дикий рык. После очередного прыжка Фаины, Геральт сбросил ее с себя и поменял позу, поставив ее перед собой. Он сразу же вошел в нее. Перед глазами Лейлы вырисовались его упругие ягодицы, которые еще больше напрягались от движения. Внизу живота требовательно заныло, а между ног все напряглось. Геральт с силой дикого зверя вбивался в девушку, если бы она могла говорить, то она закричала бы от удовольствия. Кровать двигалась, скрипела, казалось, что вот-вот она сломается. Вперемешку со скрипом кровати, эта пара издавала хлюпающие звуки, от которых Лейлу охватил жар.