– Я ведь могу тебе доверять?
– Конечно, госпожа.
– Я упала с лошади.
– Упали с лошади?.. Как же так?! Вы же одна из лучших наездниц в королевстве?
– Да? – удивилась Аля.
– Всегда отлично держались в седле. Будто родились в нём. Как же вы смогли упали?
– Вот смогла, увы. Откровенно говоря, я плохо помню тот момент. И, к сожалению, все другие моменты тоже. Ничего не помню. Представляешь?
Во взгляде Затур жалость смешивалась с сомнением:
– Какой ужас! Как же так?..
– Вот так, – притворно вздохнула Аля. – Даже имени своего вспомнить не смогла, пока мне его не назвали. Вот ты говоришь о принцессе-сестре? А я и её не помню.
– Вы это серьезно, миледи?
– Настолько серьёзно, что от страха тошнит. Как я понимаю, мой дедушка – король? Так?
Глаза у Затур округлились. Она предостерегающе замахала руками:
– Что вы такое говорите, миледи?! Не приведи бог, услышит кто! Сочтут за измену!
– Но если мой дед или отец не принц и не король, то как тогда моя кузина оказалась принцессой?
– Леди Литнес вышла замуж за принца.
Что ж? Вполне логично.
– Ваш дедушка лорд Большегора, – продолжала Затур. – Одного из самых богатых и старинных княжеств в королевстве.
– Так я, стало быть, княгиня?..
– Нет, ваша милость. Вы пока всего лишь княжна. Из младшей ветви рода. Ваш покойный батюшка была женат на младшей дочери князя Мейгарда Монтэйна. Вы – единственная дочь леди Пармы, вдовы Вейстрис.
Айлин слушала очень внимательно, старательно прорисовывая мысленно, в своей голове, линии родственного древа. Но совершенно безрезультатно.
В голосе отложилась только принцесса-кузина и то, что сама она бедная родственница в богатом семействе.
Стражники распахнули двустворчатые двери, и они вошли в покои, перед которыми собственная комната Али выглядела нищебродской коммуналкой. Покои принцессы Литнес сверкали, как солнце.
Женщина стояла у окна, нервно теребя нитку жемчуга на шее.
– Наконец-то ты пришла, – грустно вздохнула она, не отрывая взгляда от окна и не оборачиваясь. – В радости у нас много попутчиков, но, когда приходит печаль – одиночество становится нашим уделом, – горестно проговорила Литнес. – Ты не спешила прийти.
– Прошу прощения, если огорчила тебя, кузина.
– Ты? Огорчила меня? – горько и ласково усмехнулась принцесса. – Чем бы мог огорчить меня единственный друг? Мне просто нужна твоя поддержка. Не хочу быть одна, когда придёт отец. Ты уже знаешь? Ингард оставил меня. Окончательно.
Аля похлопала ресницами, пытаясь переварить информацию:
– Кто тебя оставил?
– Мой муж взял себе вторую жену.
Аля не знала, насколько нормально в этом мире брать вторую жену?
Приблизившись, она встала рядом, взяв кузину за руку. Ну, если ей нужна поддержка, как её ещё поддержать-то?
– Чем я могу тебе помочь?
Литнес, высвободив руку, вновь принялась теребить тонкую нить жемчуга на точёной шее.
На полу лежал исписанный листок пергамента. Аля, потянувшись, подняла его. И. раз никто не пытался её остановить, прочла:
«Миледи, учитывая узы, которые нас связывали долгие годы, считаю своим долгом сообщить Вам лично о том, что беру в жены Алисию Ворхэйл. Вы были мне верной супругой все эти годы. Мне не в чем вас упрекнуть. Сиё истина и правда. Так же, как истинная правда в том, что ни вы, ни я не выбирали друг друга. Наш союз изначально был основан только на долге перед нашими домами. Но, раз боги не благословили этот брак рождением детей, я считаю себе вправе взять вторую жену, по древнему обычаю моих предков. Отныне вы вольны жить так, как посчитаете нужным.
С искренним уважением
Ингард Мельгар .
Аля осторожно положила пергамент на столик исписанной стороной вниз.
Литнес, по-прежнему нервно теребила нитку жемчуга на шее.
– Знаешь, если бы дело касалось только нас двоих, если бы речь шла лишь о семейной жизни… но эта проклятая политика! Даже не представлю, что скажет отец? – она сжала тонкими пальцами виски. – Дяди? Они сочтут это прямым оскорблением. Войны начинались из-за меньшего. Обезумел он, что ли? Зачем весь этот фарс: Разве я была против его фавориток?..