Переглянулись с рыжиком. Судя по его перекошенному лицу, смысл слов блондина дошел и до него. Объединившись, бросились на блондина. Враг моего врага мой друг!
Блондин заржал еще сильнее и отступил назад, собираясь захлопнуть дверь перед нашими лицами и ему, это даже почти удалось. Надо было видеть лицо Ране, когда его ноги оторвались от пола и невидимая, хотя и узнаваемая сила, не внесла его в комнату как на руках.
В итоге, на пол мы повалились вместе, образовав непонятное нечто из переплетения ног, рук и тел. Теперь у дверей ехидненько посмеивалась пустота.
Пока охая и ахая пытались подняться, в комнату влетела злая ведьма и принялась сверкать на нас недовольными глазами. Меня так вообще окатила презрением. Оно и понятно, одна девица резвится сразу с обоими братьями и плевать что все трое одеты, она уже составила обо мне очередное гадское мнение.
ЧТО ЗА ЗВЕРЬ И ЧЕМ ЭТО ГРОЗИТ
Свою порцию утренних впечатлений и развлечений за чужой счет, дух некроманта уже получил. От того, завтрак походил скорее на поминки. Во всяком случае настроение и лица у присутствующих были соответствующими.
Не смотря на голод, вяло ковырялась ложкой в серой склизкой жиже и даже готова была снова терпеть проделки заскучавшего духа, нежели продолжать этот, во всех смыслах убийственный прием пищи.
Сегодня, восседавшая во главе стола ведьма имела очень уставший вид. Толи я вчера ее не рассмотрела как следует, то ли непрошенные гости в моем лице ее настолько раздражали, что бедная женщина не спала всю ночь.
Задумавшись, почти потянула в рот серое нечто, но вовремя уловив запах, опустила ложку обратно. Звук от столкновения железа и стекла получился необычайно громким, а если учесть гробовую тишину царившую в столовой с самого начала завтрака, так и вообще оглушительным.
Бабуля вскинула на меня недовольный взгляд, братья синхронно и очень тяжко вздохнули. А я поняла, вот он! Тот самый момент когда можно смываться и для этого даже предлога искать не нужно, недовольства хозяйки хватит с лихвой.
Быстренько откланялась, рассыпалась в извинениях, не забыла сквозь зубы поблагодарить за потрясающе вкусный завтрак. Даже немного выдохлась, чем и воспользовалась ведьма.
— Этот, — неопределенно покрутила она рукой в воздухе. — Разогнал всех приличных поваров, — и скривившись, отодвинула от себя тарелку.
Я даже на несколько секунд зависла. Ну ничего себе! Я ожидала ругани, убийственных взглядов, но уж точно не жалоб от этой, казалось бы не сгибаемой женщины.
Не зная что ответить на ее откровения, просто пожала плечами и быстренько ретировалась к входной двери. Так спешила, что едва куртку с обувью не забыла.
Выскочила на улицу, вдохнула полной грудью и на губах сама собой растянулась улыбка. Ощущения были странными, будто я месяца три сидела в заточении и наконец — то вырвалась из него.
Далеко уйти мне не дали, братья нагнали довольно быстренько и подхватив меня с обоих сторон под локотки, бодренько зашагали в сторону харчевни. На их голодных моськах так и светилось предвкушение хорошего и самое главное вкусного завтрака. Впрочем, это выражение быстро сползло с их лиц, стоило им заметить, что харчевня вопреки обыкновению закрыта и законного хозяина нет на месте.
— Любовь, — развела я руками, когда два голодных взгляда скрестились на мне.
Парни приуныли, но ненадолго. Видимо что — то просчитали в своих головах и медленно двинулись в мою сторону.
— Анья.
— Милая.
Начали они одновременно и переглянувшись законючили так же в унисон, словно маленькие дети.
— Ты ведь нас покормишь?
— Не дашь умереть с голоду двум растущим организмам.
Посмотрела на этих здоровенных детин, что возвышались надо мной на полторы головы.
— Растущими организмами вы были лет так пять назад, — хмыкнула, глядя на их умоляющие моськи и хитро блестящие глаза. — И судя по вашему росту и объему, вас в этот период знатно так перекормили.
— Ну что, тебе трудно что ли? — поморщился рыжик. — Сама же тоже голодная.
Тут он меня уел. Действительно было ощущение того, что живот уже прилип к позвоночнику. И ведь раньше могла спокойно обойтись без завтраков, так нет задался Шу целью меня откормить. Теперь вон у него любовь, а я страдай.
— А мне за это не платили, — начала вредничать, вспомнив про утреннее пробуждение.
— А мы еще ей компенсации выбивали, — влез в разговор блондин и посмотрел на меня таким, нет, не осуждающим, а скорее разочарованным взглядом. Ч меня передернуло.