— Ой не знаю, Гончарова, — растянув губы в довольной улыбке и облокотившись на стол, когда чтение было закончено, проговорила Екатерина Андреевна. — С чего это мне тебя брать, когда у меня еще вот, целая стопка желающих.
Она хлопнула ладонью по внушительной папке, и посмотрела на меня, ожидая реакции.
Я и не думала, что меня возьмут с распростертыми объятиями, сразу выделят свой стол и будут по головке гладить, предлагая выпить горячего чая. Хотя, стоило признаться, в мечтах все так и происходило бы.
— Потому что я хочу здесь работать! — выпалила первое, что пришло на ум из заготовленных заранее аргументов. — И у меня хорошо получается, и с детьми я лажу прекрасно.
— Ха! — скорее каркнула, чем засмеялась, моя потенциальная начальница. — У нас их надо строить, а не нюни распускать. Если я тебя закину на мероприятие к сорока третьеклассникам, ты там что будешь делать? Сказки читать? Ты посмотри на себя, мелкая, худая, фитюлька, одним словом. Они ж сожрут тебя и не подавятся.
Помню, как в тот момент мне стало обидно. Это сейчас я знала, что она проверяла меня, и на деле оказалась мировой женщиной, но в тот момент я была очень близка к непрошенным слезам.
Можно было развернуться и уйти, найти себе более спокойную работу и никому ничего не доказывать. Но все же я выдержала ее испытующий взгляд, и вскинув подбородок, улыбнулась.
— Пока не возьмете, не узнаете.
— Ты посмотри на нее, какая! — довольно усмехнулась женщина, поправив на плечах палантин. — Ладно, образование подходящее, да и рекомендация есть. Иди в отдел кадров, пусть оформляют. Посмотрим, что из тебя получится.
Я вынырнула из воспоминания, также неожиданно, как и оказалась в нем. В ушах зашумело, к горлу подступила тошнота, будто я не на месте стояла, а злоупотребила катанием на карусели.
Ноги подкосились, и я приготовилась снова оказаться под водой, но сильные руки, подхватившие меня, не дали это сделать.
Глава 3
— Поставьте меня на ноги, — заплетающимся языком, пробормотала я, безуспешно попытавшись выскользнуть из крепких объятий. — И верните танкер!
— Танкер-р? — переспросил мужчина, растянув окончание, будто услышал слово впервые.
Я повернула голову, воспользовавшись ситуацией, чтобы поближе рассмотреть то ли своего спасителя, то ли мучителя, учитывая, какую головомойку он мне только что устроил.
Прямой, чуть резковатый профиль, мужественный подбородок с небольшой ямочкой, которой нестерпимо захотелось коснуться, высокие скулы, и невероятно синие глаза.
“Породистый”, — почему-то со вздохом пробормотал внутренний голос, с которым я была абсолютно согласна. Такой, поди, и не знает, что такое танкер, потому что шьет себе теплое пальто в ателье, а не скачет на картонке посреди рынка, примеряя что-нибудь.
Я почувствовала под собой твердую прохладную поверхность, не успев как следует развить фантазию, в которой этот красавец торговался бы на рынке за цену на носки.
Мужчина уложил меня на пол рядом с бассейном, и под голову подложил что-то мягкое. Будь у меня побольше сил после того как в моих мозгах покопались, то я бы предположила, что он больше ничем не прикрыт. Но в данный момент меня волновало не это.
— Так называется куртка, — я усилием заставила себя изобразить щелчок пальцами, чтобы он понял, чего меня лишил одним простым жестом. Получилось неважно, и мне показалось, что от моих пальцев отлетела парочка искр. — Знаете, у меня сотрясение и очень интересные галлюцинации или я умерла.
— Вы живы, можете мне поверить.
— Понятно, — я поерзала, укладываясь поудобнее. — Вы сейчас читали мои мысли?
Вопрос был из разряда или ответит, или позовет добрых дяденек в белых халатах, но почему-то мне показалось важным его задать. Я и так не понимала, где нахожусь и что происходит, так что было терять?
— Не совсем. Просто проверил кое-что, — неопределенно ответил он. — Можете не бояться. Если бы вы оказались той, кого я ищу, то мы бы оба поняли это. А пока просто будете немного вялой, но через несколько минут это пройдет.