Я отвлеклась на разговор с Эриком и внезапно споткнулась, будто путеводная нить оборвалась. Выронив из рук поросенка в полете, и перекувыркнувшись через голову, я упала на каменную плиту, разодрав в кровь ладони и колени.
За спиной раздался громкий рев, земля задрожала, и повернувшись, мне показалось, я смогла различить очертания чудовищной громадины с рогатой мордой, что приближалась ко мне. Каждый его шаг сокращал расстояние на несколько метров, и уже приготовившись встретить свою кончину, я вдруг услышала знакомый глубокий голос у себя в голове.
— Теперь ты дома, дитя пламени.
Я оперлась на окровавленные ладони, чтобы подняться, и в этот момент произошло нечто совсем неожиданное. Под ногами образовался светящийся огненный круг, и драконья морда словно уперлась в невидимое стекло, не сумев приблизиться ко мне.
Свет быстрыми змейками потек по камням, освещая очертания полуразрушенного строения и высоких продолговатых камней, образующих большой круг.
— Аня?
Я заметила мордочку Эрика, выглянувшую из-за одного из камней, но не успела ему ничего ответить.
Огонь, распространившийся по камням, внезапно начал подниматься и по моим ногам, по телу, сконцентрировался в руках, и когда достиг глаз, я все увидела.
Глава 38
Передо мной взвился вихрь пламени высотой до черного неба. Его сила способна была смести все на своем пути, но стоило потянуться к нему, как огонь поднырнул под ладонь, будто верный питомец.
Пальцы приятно согрело знакомое тепло, и, улыбнувшись, будто встретила давнего друга, я не сомневаясь шагнула вперед, и тут же ощутила знакомое, засасывающее в неизвестность притяжение. Но сейчас я уже не была одинока, и полагаясь на силу пламени, приземлилась на ноги в непроглядной темноте.
Передо мной метрах в двадцати стоял подсвеченный магией каменный алтарь с открытой книгой, и идти к нему нужно было полагаясь только на свои ощущения.
Внутри меня еще оставалось легкое недоверие, но огонек качнулся вперед, давая понять, что ничего плохого не случится, и сюда мы и должны были попасть.
— Хорошо, — облизнув пересохшие губы, я подбодрила себя, и сделала первый шаг на пути к алтарю.
Стоило мне сдвинуться с места, как тьма стала чуть менее густой.
Под подошвой заляпанных грязью сапожек я рассмотрела каменную кладку с пробившейся в стыках зеленой травой, что выглядело очень необычно в темной земле, где каждая травинка имела грифельный оттенок.
— Не бойся, — прозвучал пожилой женский голос. — Продолжай идти, Анета.
— Иду, — сделав еще несколько шагов, и озираясь по сторонам, тихо ответила я.
Анета. Я уже слышала это имя, когда женщина звала меня во сне.
Мрак по мере моего приближения к постаменту продолжал рассеиваться, и когда я подошла к нему, то находилась уже не в непроглядной темноте, а на поляне, очень похожей на ту, до которой мы с Эриком смогли добежать.
Сходство выдавали ритуальные камни-идолы пестревшие огненными рунами. Вот только эта поляна была залита золотым закатным светом, под ногами зеленела сочная трава, и, казалось, в воздухе витает невероятная свежесть после дождя.
Приглядевшись, я заметила появляющихся внутри круга призрачных людей. У всех них были огненно-рыжие волосы, как и у меня. И все они следили за мной, но мне не стало жутко или неуютно от их внимания.
Их лица светились такими улыбками, каких я никогда обращенными к себе не встречала. Только наблюдая за другими семьями могла их увидеть, и потому не сомневалась. Это были мои родные.
Последний шаг к алтарю сорвал остатки призрачной завесы, и рядом с камнем меня встретила та женщина из сна.
Сейчас мы казались почти ровесницами.
— Анета, — улыбнулась женщина, и обойдя камень, обняла меня.
Эти объятия оказались тем, чего мне так долго не хватало. Поддержка, утешение, любовь, все, что могли дать материнские объятия, пролились бальзамом на старую рану, с которой я жила много лет.
— Мам, — отстранившись, я посмотрела в лицо женщины, замечая в ней свои черты.
— Ты нашла нас, милая.
— Нашла, — повторила я, как завороженная, не до конца веря в реальность происходящего.