— Ди, очки, — прозвучало сбоку, и я нащупала свои «вторые глаза», которые смогла пододвинуть ко мне Буся.
Ох, лучше бы они разбились или потерялись до такой степени, что нельзя было их найти! Видеть во всей красе разгневанного Октавиана мне хотелось в последнюю очередь, а лучше было бы вообще не иметь такой возможности.
— Я жду! — тем временем прозвучал вновь злой голос, пока я о-очень медленно надевала очки.
Стоило этому свершиться, как мое сердце пропустило удар.
— Я… — прохрипела, не в силах издать хоть что-то еще под пристальным взглядом светло-карих глаз со змеиными зрачками.
— Опять чуть не разгромили весь этаж, Белова! — закончил он за меня, грозно рявкнув, произнося мою фамилию.
— Не-ет, — невозмутимо протянула, покачав головой. — Я тут совсем не при чем.
— А это тогда что?! — все больше теряя терпение, он указал мне за спину.
Повернувшись, при этом скривившись от боли, посмотрела на огромную магическую сферу, в которой продолжали копошиться артефакты.
— Ваш щит, — пожала я плечами, не показывая своего страха, когда внутри все сжималось.
Да что же я его злю-то?!
Октавиан прищурил свои мерзкие змеиные глаза, окидывая меня недобрым взглядом, от которого я вздрогнула всем телом, и тихо, но от того еще страшнее, произнес:
— Не умничайте, Белова. У вас пять минут, чтобы все это убрать, а затем я жду вас у себя в кабинете. Уяснили? — вновь прорычал он, а дождавшись моего отрывистого кивка, развернулся и пошел к лифту.
Я затаила дыхание и не дышала до тех пор, пока он не зашел в лифт и не скрылся за его дверьми. Вот вроде змей, а рычит как зверь!
— А время-то идет, — напомнила Буся, помогая мне тем самым сделать вдох. — Да и мне как-то неудобно лежать на полу!
— Прости, — тихо ответила ей и аккуратно положила ее в аквариум. Осталось только налить в него воду. — Потерпи еще немного.
С кряхтением старой бабки, я поднялась на ноги и приблизилась к магической защите. Прозрачный пузырь отсвечивал светло-голубым сиянием и не пропускал артефакты, хоть иногда и прогибался под их напором. Смотря на всю эту кучу магическим зрением, пыталась понять, что же заставило сущности этих предметов так взбешенно вести себя, будто в них вселились духи.
Обогнуть пузырь, чтобы посмотреть на это все с другой стороны, не было возможности, поскольку он загородил весь проход к кабинету, плотно прилегая к стенам коридора. Время безжалостно утекало, словно песок сквозь пальцы, а на ум так и не приходила ни одна умная мысль, как все это остановить.
Выжигать все сущности не было вариантом. Среди этих вещей были много важных для меня предметов, которые необходимы мне в работе. Да и по голове меня не погладят, если все это вдруг перестанет работать.
— Что ты мешкаешь? — возмущенно воскликнула подруга, не желая больше лежать без воды.
— Все сущности активированы. Их слишком много, и у меня просто не хватит сил всех успокоить, — простонала я, чувствуя, как паника медленно обхватывает горло. — Я не всесильна!
— Найди причину, — посоветовала Буся успокаивающим голосом.
На секунду прикрыла глаза и вздохнула полной грудью. Если я сейчас не справлюсь, то змей просто-напросто сожрет меня, даже не удосужившись пережевать. Съест прямо так — в одежде и с очками. А я этого хочу? Нет. Совершенно нет.
Открыв глаза, я посмотрела еще раз на переплетенные нити сущностей более спокойным взглядом, а несколько секунд погодя смогла увидеть некую связь между ними. Они синхронно пульсировали! А раз так, то это целый механизм, у которого должен быть выключатель.
— Эх, вперед и с песней! — выдохнула я, и буквально нырнула в кучу вещей, перед этим услышав испуганный крик Буси.
Мне в тот же миг стало не по себе из-за ощущения различных магических воздействий всех предметов, но следовало добраться до одного определенного, чьи нити сущностей я не чувствовала, поэтому терпела, все больше позволяя себя опутывать. Чтобы подруга не беспокоилась, показала ей большой палец, медленно погружаясь в кучу артефактов, как терминатор в расплавленное железо. И откуда столько артефактов взялось в моем кабинете? Не иначе, как старые разработки, к которым я уже давно не притрагивалась и о существовании которых уже забыла.
Начиная потихонечку терять связь с реальностью из-за сильного давления на мой внутренний магический щит, который я создала, чтобы устоять перед влиянием артефактов, наконец-то почувствовала сопротивление со стороны необходимого мне предмета.
Такое бывает очень редко, когда артефакты, наполняясь большой магической силой, начинают в буквальном смысле слова жить своей жизнью. Их обозвали лудами, что значит «неконтролируемые магические предметы». Они не поддаются никакому артефактору, пользуясь своими сущностями на свое усмотрение. Таких артефактов ждет только одна участь — уничтожение, поскольку они могут натворить слишком много бед.