— Ладно уж, — буркнула и пожала руку, — но с тебя булочка с джемом!
— Как скажешь, Мышка.
— А мне можно булочку? — прозвучало сбоку, и мы с Бони одновременно повернули головы на голос.
Труп уже сидел на столе, свесив ноги вниз.
— Что ж, Белова, пора работать, — усмехнувшись, проговорил некромант с предвкушением в глазах, а я передернула плечами, не горя желанием иметь дело с говорящим мертвецом.
Но спрашивать мое мнение, конечно же, никто не стал. Мало того, приобняли за плечи, подтаскивая к бледно-синему мужчине с потускневшими черными волосами до плеч. Его лицо на скулах украшали серые чешуйки, от чего меня кривило каждый раз, стоило только на них посмотреть. Впрочем, карие глаза с обычными зрачками успокаивали и не давали мне повода воротить нос еще больше.
— Все как обычно? — поинтересовалась я у Бони, тормозя пятками, поскольку приближаться к трупу настолько близко не было желания.
Одно дело, когда он лежит и не подает признаков жизни, как и положено покойнику, а другое — смотрит на тебя потухшими глазами и желает поговорить. Все это невольно пугает, даже если ты уже сто раз был в такой ситуации.
— Ты не изменяешь своим привычкам, Ди, — весело хмыкнул некромант, перестав меня наконец-то толкать вперед. — Рвешься спасать мир, а сама боишься простого мертвеца, который находится под моим контролем.
— Так для спасения мира не нужно общаться с мертвыми, — брезгливо поморщила нос, имея в виду работу некромантов, но совсем еще недавно живой сой понял это по-своему и подарил мне тяжелый взгляд.
Блин блинский!
— Я, между прочим, многоуважаемый сой, малышка, с которым любой будет рад пообщаться, — деловито заявил покойник, вскинув подбородок.
Тут я была не согласна. Бледный и с синими губами, в белой рубахе с голыми, частично покрытыми серой чешуей ногами, он не был похож на того, с кем хотелось бы пообщаться.
— Был бы рад, — исправила я его, расслабив свой галстук, чувствуя подступивший ком в горле от неприятного чувства жалости к этому мужчине. — Увы, сейчас мы единственные и последние ваши собеседники.
Плечи мужчины от моих слов медленно опустились, утягивая за собой и голову. В такие моменты мне становится еще больше не по себе, и я невольно ненавижу мастерство Бони. Не каждый некромант может влить в труп магию, чтобы тот не просто рассказал о своей смерти, но и испытывал чувства, а порой и такие, как обоняние или вкус. Мой же знакомый был профессионалом своего дела и частенько «даровал» мертвецам шанс на такое маленькое чудо, как в последний раз выпить чашечку чая или скурить сигару. Милостиво с его стороны, но он-то уже привык сам ничего не испытывать и с легкостью выслушивает душераздирающие истории, когда я все принимаю близко к сердцу и потом не могу уснуть пару ночей точно, отходя от эмоционального коктейля из грусти и безысходности.
— К чему уныние и печаль? — вклинился в наш разговор инициатор этой самой грусти и потрепал меня по волосам. — Быть может по чашечке чая? Или чего покрепче?
Труп посмотрел на него исподлобья и качнул головой, молча отказываясь от последнего шанса испытать вкус любого напитка.
— Еды или сигару? — продолжил предлагать некромант, совсем не испытывая давящее чувство печали со стороны мужчины.
— Нет, спасибо, — последовал сухой ответ.
— Тогда быть может женщину? — совсем разошелся несносный любитель порадовать трупов, и, к моему удивлению, это подействовало.
Покойник резко выпрямился и взглянул на меня.
От слов некроманта и заинтересованного взгляда мужчины я испуганно икнула и скрестила руки в воздухе в защитном жесте.
— Еще чего! — возмущенно воскликнула, делая шаг назад. — Некрофилией не увлекаюсь!
— Точно? — задумчиво спросил Бони, потирая подбородок и разглядывая меня оценивающим взглядом.
— Вы уверены? — присоединился к нему бледно-синий мужчина, подавшись в мою сторону, напрочь позабыв о грусти.
От такого я вообще дар речи потеряла! Я все понимаю, и сама бы не против развлечься, но желательно с мужчиной, у которого бьется сердце.
— Дяденька, вы уже разлагаться начали, а вас тянет на подвиги, — осуждающе заявила, нагло ткнув в него пальцем. — А ты вообще заигрался с трупами, и уже давно пора написать протокол! — прорычала, гневно заглядывая в наглые зеленые глаза некроманта.
Подняв руки вверх в знак поражения, Бони довольно улыбнулся, отчего мне захотелось пнуть его ногой, чтобы знал, что я не разменная монета для его веселья.
— Хорошо, как скажешь, — произнес он, продолжая улыбаться.