А что я могу сделать? Как ее оставить в городе, чтобы все показать и объяснить, чтобы она не чувствовала себя изгоем? Как только она сюда попала, она всего лишилась. Ее нельзя оставлять одну…
— А что с ее резервом? — спросил господин Тойгер, и я заметила, как дернулась девушка при звуке его голоса.
Могу себе только представить, что она испытывает при виде его.
— Артефакт определения резерва просто-напросто сгорел, — произнес другой мужчина, который работал в том же отделе, что и я. — Полагаю, он у нее больше, чем вместе взятые резервы у всех нас, господа.
— А такое возможно? — удивленно поинтересовался младший следователь, навострив волчьи уши.
— У Великого артефактора был безграничный резерв, — тихо поведал Октавиан, барабаня пальцами по столу, раздумывая.
Девушка сидела тихо, каким-то чудом чувствуя, что речь идет о ней. Недавнее возмущение пропало без следа, и теперь в ее глазах читался только страх, особенно когда она смотрела на тигра.
У меня же предел удивления достиг точки максимум. Если она такая же, как и Великий артефактор, то любые антимагические артефакты, которые блокируют магию, бесполезны. Выход действительно только один — место, где вообще нет магии, и если ее не увезти из города, в любой момент может произойти настолько сильный магический выброс, что город останется без артефактов. А не будет их — начнется паника.
— Вы думаете, она такая?
— Нельзя этого исключать, — ответил змей и взглянул в такие же карие глаза девушки, как и у него. — И это еще больше говорит о том, что ее необходимо изолировать.
Двое охранников, которые стояли возле двери, тут же подошли к девушке с обеих сторон. Не успела я моргнуть, как Октавиан дал указание увезти ее из города, подписав протокол, который все это время лежал на столе. В глазах девушки отразилась паника вперемешку со страхом, когда один из бруйтов отцепил цепь от стола и потянул ее на себя, чтобы пленница, а именно ею девушка сейчас и являлась, последовала на выход вслед за стражей.
— К-куда вы меня ведете?… — прохрипела она, вцепившись руками в стол и смотря на Октавиана. — Я…я ничего не понимаю…
Здание вновь задрожало, посыпая нас сверху штукатуркой. Не удержавшись, я громко чихнула, отчего девушка вздрогнула и по стене поползла трещина.
— Ой, — тихо произнесла, поправляя очки.
— Увести! — одновременно со мной произнес Октавиан, и второй бруйт отцепил руки девушки от стола и заставил ее подняться.
Это он зря.
Один за другим начали разлетаться с хлопком светильники, и все присутствующие прикрыли головы руками от летящих осколков стекла. С каждой секундой в допросной становилось все меньше и меньше света. И как только последний артефакт света последовал примеру своих близнецов, над моей головой зажглась, разгоняя темноту, голубоватая сфера.
Я посмотрела на тигра и заметила, как его губы беззвучно шевелились, читая заклинание. Спустя несколько секунд в комнате уже было около десятка таких сфер, хорошо освещавшись каждый угол.
— Да кто вы такие?! — осипшим голосом спросила девушка, с ужасом смотря на парящие сферы. — Так не бывает! — воскликнула она, и трещина в стене стала шире, расходясь маленькими кривыми линиями в разные стороны.
Никто ей не ответил. Да и что они могли ей сказать, ведь они не понимали, что она говорит. И когда бруйт потянул ее к выходу, девушка впервые посмотрела на меня. Меня будто током прошибло от взгляда, полного страха. И пускай ее ведут вовсе не на казнь, а просто хотят увезти подальше от города, она этого не знала и считала, что все совсем наоборот.
— Стойте! — все же решилась я, чувствуя, как в груди колотится сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть наружу. Пускай я поступаю против указаний начальника не встревать в разговор, но и они неправильно поступают по отношению к девушке. — Не надо ее никуда увозить, — уже тихо произнесла, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих.
— А ты видишь другой выход, как сохранить город в том виде, в каком его привыкли видеть жители? — язвительно спросил младший следователь. — Она уничтожит все артефакты!
— Нужно подумать, — ответила ему, нахмурившись.
Октавиан тяжело вздохнул и поднялся на ноги, чтобы подойти ко мне.
— Белова, нам сейчас некогда слушать ваши варианты. Первым делом эту девушку стоит увезти из города, а уже потом разбираться во всем остальном. Мы не можем рисковать, а если пострадает дворец, тогда всем придется несладко.
— Но меня же вы оставили! — упрямо напомнила ему, смотря в змеиные глаза.
— Вы, Белова, были ни на что не способны, когда проснулись, — сурово проговорил змей, сверля меня злым взглядом. Я гулко сглотнула. — Это только сейчас, когда вы окончили академию, мы натерпелись от вас. И то, только от ваших артефактов, а не от вас самой!