– Что это такое?
– Это когда ты лечишь под надзором наставника. После интернатуры наступает ординатура, там уже лечишь сам, ведёшь тщательную отчётность, поскольку контроль остаётся. Отец был рад, что мне достался его дар.
– Конечно, он радовался. Его дочь так же, как и он, будет спасать жизни. Это одна из благороднейших профессий. Хотя меня беспокоит, что вы переносите труднее болезни.
– За то быстро восстанавливаются раны и другие травмы. Те, что могут убить обычного человека или отправить на долгое время на больничную койку, восстанавливаются из-за быстрой регенерации настолько быстро, что мы почти не бываем в больницах.
– А что, у тебя были такие ранения?
– Как ты знаешь, недавно у меня было сотрясение. Это помогло мне выжить. А ещё…
– А ешё?!
– Мы же честны друг с другом?! – неуверенно полюбопытствовала.
– Разумеется.
– Помнишь, когда раненый нечаянно поднял стрельбу в лазарете?
– Да.
– Одна из пуль попала в меня.
Мужчина с шумом впустил в себя воздух, его глаза дико загорелись:
– Что?! Я так и знал, что что-то не так! Знал, что тебя ранили! – возмущённо повысил голос Ник и привстал, перемещая меня на подушку.
Он облокотился на один локоть и одарил меня огорошенным взором. Будто ему поведали о существовании единорогов и драконов, но вместе с тем, он словно догадывался об этом.
– Никто не должен был видеть, как быстро восстанавливается моё тело.
– Где? – его ладонь ложится на мой живот.
По телу мгновенно проходит волна мурашек. Внутри трепещут бабочки. Его внимание чересчур пристальное, проникающее под кожу.
Я сжала его шершавую ладонь и переместила на правый бок в области талии.
– Пуля слегка поцарапала бок.
Даже сквозь ткань я ощущаю жар его прикосновения.
– Мне жаль, – он погладил большим пальцем рёбра, а я сглотнула.
– Ты не виноват.
– Я плохо обучил их.
– Ты прекрасно понимаешь, что нельзя каждую минуту всё выполнять правильно. Солдаты устают. Никто не виноват. Случайности бывают.
– А если бы ты умерла от этой дурацкой случайности? – разозлился Ник. Всё его тело напряглось от пугающей мысли. Челюсть сжалась.
– Значит, это была бы судьба. А так она пожелала, чтобы я жила.
Я не заметила, как рука Николаса переместилась ко мне на ключицу, а затем на шею и затылок. Он наклонился ко мне, чтобы поцеловать, а я прижала ладонь к его груди, останавливая. Его нос соприкоснулся с моим.
– Ты тоже можешь заболеть, – прошептала ему в губы.
– Мне всё равно, – он закрыл глаза и поцеловал.
Сперва его губы неторопливо сминали мои, напоминая о мёде и карамели, которые такие же сладкие и невыносимо тягучие, как наш поцелуй. Последний незаметно слился в более откровенную бурю чувств. Он стал более быстрым и отрывистым. Наши уста гонялись друг за другом, как волны в море. Руки зарывались в волосы, путешествуя, лаская руки, плечи, шею, талию.
Страсть обжигала нас, как расплавленный воск, и дыхание спёрло. Душа радовалась долгожданной близости, словно первым тёплым лучам солнца, согревающим от весенней прохлады. Я впервые осознала, что осталась в этом мире не одна. Впервые за долгое время будущее мне уже не казалось таким мрачным. Я обняла Николаса крепче, чем стоило, и впервые решила взять из настоящего – всё.
Глава 71. Жар воспоминаний
Тело горит, будто раскалённая кочерга. Такое ощущение, словно по венам кружит не кровь, а жгучая, взрывная смесь. Страстная, непоколебимая, опаляющая и смертоносная. Она струится и перемещается по жилам, и мучает своим присутствием.
Самое ужасное то, что сама кровь стала – пыткой для меня. Изощрённым ответом на мою лекарскую суть. Один из известных сказочных злодеев твердил: “За магию всегда нужно платить”. Каждый раз, когда заболеваю, думаю об этом. Всё размышляю, сколько жизней спасла, сколько уберегла от боли, и сколько за это я теперь должна страдать.
Агония регулярно навещает моё тело. В последний раз, когда я заболела, это было как раз перед тем, как оставить ординатуру. После своей первой летальной ошибки я множество ночей и дней терзала сознание: могло ли это повлиять на результаты той целительской процедуры. Может быть, я была слишком слаба, чтобы возвращаться? Но это было уже неважно. Пациент мёртв.
Мёртв.
Мёртв.
Мёртв. – слово словно рябью пошло в сознании.
С этим ничего уже не поделаешь. Никакие извинения здесь не помогут. Чувство вины и сожаления лишь знак, что ты не бесчеловечен, что не хладнокровный убийца-психопат.