Ник наклонился, его рука нежно прижалась и обвилась вокруг челюсти и затылка.
Наши губы соединились в затяжном поцелуе.
– Мы справимся. Обещаю, – прошептал он в губы, целуя меня вновь. Однако тёплая волна внутри резко сменяется жгучей, леденящей жилы, когда громкий треск пугает настолько, что мы оба дёргаемся и подпрыгиваем, отстраняясь друг от друга.
Лачугу за секунду наполняет холодный, влажный воздух. Мурашки пронзают кожу, как иголки.
Двери выломаны, щепки валяются у порога, пять мужчин впиваются в нас с широко раскрытыми глазами. Может, незваных гостей даже больше.
– Доктор Элина Баерт?! – орёт грубый мужской голос.
Николас подскакивает и закрывает меня всем своим телом.
– Что вам нужно?
Я не успела моргнуть, как военные проникли в хижину.
– Отступите, старший унтер-офицер – это приказ! Ваше начальство обратилось к нам за помощью в восстановлении данных. Нам требуются ваши документы, если вы не в силах их предоставить, нам придётся вас задержать.
Мы переглянулись с Ником, когда он оглянулся через плечо. В его взгляде лишь ужас.
– Вы не понимаете! В стране война! Доктор Баерт получила сотрясение, у неё была амнезия! – пытается защитить меня любимый.
– Если бы Элина Баерт, по нашим данным, была рождена в королевстве Бельгия, мы бы нашли какие-то данные. Старший унтер-офицер, прекратите сопротивление! Этой женщины не существует!
Неизвестные мужчины в военной форме без разрешения проникли в дом, отпихнули Николаса в сторону и заломили руки настолько, что он с шумом упал на колено, отчего он зарычал.
– Нет! Не трогайте его! – лающе взвизгнула я.
– Не сопротивляйтесь аресту! – передо мной возник офицер и взял меня под руку. Крепко, чуть ли не до боли, чтобы и шагу без него не ступила.
– Элина! Ничего не бойся! Ты ни в чём не виновата! Помни об этом!
Ник из кожи вон лез, чтобы отделаться от солдат, что скрутили его, но от каждой его попытки становилось лишь хуже. Товарищи по службе ему не дадут. Его руки скручивают до боли, из-за чего он опустился на колени, бросая проклятия.
– Мы вынуждены вас задержать до точного выяснения вашей личности. Следуйте за нами и не сопротивляйтесь.
– Нет! Это какая-то ошибка! Отпустите её! – подался к нам навстречу Николас. На его лице неподдельный страх, в глазах – пламя ярости. Даже представить не могу, каково ему сейчас. Он сделал всё, чтобы защитить меня, а теперь не может ничего сделать. Его ладони сжались в кулаки, что аж костяшки побелели. Однако его руки держали по бокам, другой захватил его шею сзади, отчего он упал на пол.
– Она спасает жизни, да как вы можете?! – шипел он, пока его стискивали со всех сторон.
– Она угроза нашему королевству! Мы делаем свою работу! А вы старший унтер-офицер, – чуть ли не выплёвывает фразу солдат по мою левую руку. – Будьте благодарны, что за вас замолвила словечко дивизионный врач, не то и вас арестовали бы за сокрытие врага королевства! – отрезал мужчина и направил меня к выходу, прочь от убежища.
Я всхлипнула и прокричала, пока есть возможность:
– Николас, пожалуйста! Не сопротивляйся! Ты только навредишь себе!
– Нет! Элина! Ничего не бойся! Я найду твою семью! – голос Николаса надломился. Его глаза горят, и зрачки дико метаются.
Какую ещё семью он собирается найти?
У меня здесь нет никакой семьи. Если бы род Баертов был, военные бы нашли хоть кого-то. Меня запрут в какой-нибудь тюрьме, и так закончится наша история.
– Послушай свою подружку, офицер, – послышалось, когда меня толкают наружу.
Мне больно видеть его поверженным, на полу с заломленными руками. Больно видеть его отчаяние. Это разбивает сердце на миллионы осколков.
Всё по моей вине. Вместо того чтобы стать его гордостью, я стала пятном на его репутации. Вместо того чтобы продолжать спасать его товарищей, я сбежала как трусиха.
Я едва сдержала, рвущийся изнутри, всхлип. Он всегда помогает мне, всегда на моей стороне, мне требовалось больше ценить его и проведённое вместе время.
– Ничего не делай! – кричу я, когда меня выволакивают из хижины.
Если он продолжит сопротивляться, ему навредят. Хоть кто-то из нас должен продолжить выполнение своих обязанностей.
Глава 82.
Николас
Последнее, что я видел, – как маленькую, хрупкую женскую фигуру выталкивают из здания силой.
Последнее, что я чувствовал, – это неописуемый гнев, глядя на ужас в глазах возлюбленной.
Мне заломили руки настолько, что они до сих пор ноют. Жар ярости не перестаёт гореть в груди, но это даже к лучшему. Кажется, я готов взорваться и забрать за собой весь мир, чтобы уничтожить любую опасность, лишь бы Элине никто не посмел навредить. Жаль, что это невозможно.