Не без посторонней помощи, Джо смогла сгрузить на землю свертки грубой материи и бревна, на её взгляд. Пока она путалась в шнуровке, связывающей ткань, наловчившиеся в походах солдаты установили каркас и натянули ткань, образовав круглый тент. Солдаты ушли, оставив слуге лорда завершить работу. Джо перетащила на себе довольно тяжелые шкуры животных и бросила их на землю внутри палатки. Джо не нашла других предметов, которыми можно было дополнить интерьер тента, что её удивило. Она полагала, лорду присуще окружать себя предметами если не роскоши, то хотя бы минимальными удобствами, пусть он и направился в военный поход.
Сумерки окутали поляну, когда Джоанна отправилась на поиски еды. К счастью, это было не сложно, её вёл по следу дивного аромата голодный желудок. Он изо всех сил урчал, напоминая своей хозяйке, что не намерен голодать. Но она стиснула зубы и пошла быстрее.
Возле котла она заметила тучного повара с чёрной бородой, заплетенной в косу. Он помешивал ароматную похлебку, которая привлекла не только Джо.
— Простите, мне поручено доставить ужин для лорда Далкейта, — подала голос Джо.
— Жди очереди, парень.
— Небось прикрывается именем нашего лорда, чтобы еду себе раньше других прибрать.
По толпе пронёсся недовольный ропот. Джо нервно сглотнула, но не отступила.
— Я не вру, — менее уверенным голосом, чем хотелось бы, повторила она.
— Хорошо малец, похлебка сегодня удалась, — полный повар взял большую миску и наполнил её ароматным варевом, от которого исходил аромат мяса и трав. Он протянул её Джо и та взяла тарелку, обжигая пальцы. Под мышку ей сунули большую булку хлеба, а ложку Джоанне пришлось зажать в зубах. В таком виде, под гогот повеселевших солдат, она засеменила к палатке.
Так как руки были заняты и она не могла откинуть полог палатки, Джоанне пришлось войти пятясь задом. Развернувшись, она тут же зажмурилась, но увиденный образ отпечатался на веках. Перед ней стоял совершенно обнаженный лорд. С его мокрых волос стекала вода. В тусклом свете нескольких свечей он показался Джоанне совершенством.
Она заставила себя открыть глаза, поскольку должна была вести себя, как юноша.
Джерард был уже в брюках. Он завалился на груду шкур, которую Джоанна не складывала подобным образом. Откуда-то появился небольшой низкий столик, на котором расположились свечи. Джоанне стало не по себе. Она определенно не справлялась со своими обязанностями, но Джерард и не думал её ругать. Он выглядел весьма положительно настроенным. Поняв, что стоит как истукан и хозяин чуть ли не посмеивается над её заторможенностью, Джоанна поставила на стол посуду с едой, рядом положила хлеб и ложку слева от тарелки, привычно поправив её, чтобы лежала прямо.
Джерард плавным движением поднялся и сел за стол. На лице виднелась однодневная щетина, что только красило его. Он начал есть, а Джо не знала, куда себя деть. Сидеть рядом или уйти? Остаться в палатке, но куда здесь деться? Не думает же он, что она будет спать рядом с ним?
Живот предательски заурчал и ложка Джерарда остановилась на пути ко рту.
— Какого дьявола? Что это за звук?
— Прошу прощения, милорд, — тихо выдавила Джо.
— Ты решил заморить себя голодом?
— Нет, милорд, — палатку снова огласило громкое урчание.
Джерард раздраженно отбросил ложку на стол, разломал пополам хлеб и макнул один кусок в похлебку.
— Ешь, — протянул он хлеб Джо.
Она неуверенно взяла хлеб и откусила кусок, изо всех сил стараясь не проглотить все разом, но не могла этого сделать из-за пристального взгляда светло-карих, с пляшущим внутри огнем, глаз, неотрывно следящих за каждым её движением.
— Благодарю, вы очень добры, — пробормотала она и стала рассматривать каждый дюйм палатки, избегая встречаться взглядом с хозяином.
— Сколько тебе лет?
Джоанна подавилась и закашлялась. Этим она выиграла несколько секунд для размышления.
— Запей, — посоветовал Джерард, указав ей на кубок, но Джо покачала головой, справившись с приступом.