Глава 20
— Что это за место? — спросила Джо, когда утром следующего дня они остановились у дверей большого дома.
— Дом Оллина, ты проведешь здесь какое-то время, — ответил Джерард, постучав.
— Но вы обещали мне все рассказать, а вместо этого напускаете еще больше тумана, — насупилась Джо и не заметила, как улыбнулся Джерард.
Он постучал еще и на этот раз дверь открылась. Их поприветствовал пожилой человек. Ничего не сказав, Джерард впихнул Джо внутрь.
— Иди за мной, — Джерард уверенным шагом двинулся вперед и Джо последовала за ним. Когда они минули холл и прошли через большую гостиную, то навстречу им вышел Оллин. Он выглядел немного сонным, хотя уже был одет, его золотые кудри спутались, придавая всему виду расслабленную небрежность.
— О, Джо пожаловал ко мне. Вы рано, — ухмыльнулся блондин. — Я забираю его, спасибо, что проводил, — обратился он к Джерарду.
— Джо, зайди внутрь, но ничего не трогай, — произнес Джерард, подтолкнув к ближайшей двери слугу, при этом не сводя взгляд с Оллина.
Джоанне ничего не оставалось, кроме как послушно последовать указанию.
— Я доверяю ее тебе, но не смей трогать, — настойчиво сказал Джерард, когда Джо скрылась из виду.
Оллин облизнул губы и усмехнулся.
— Дружище, я бы тронул ее как следует, но меня не слишком привлекает добыча, сама идущая к другому хищнику. Хотя, будь этот хищник не такой близкий друг для меня, я бы ее переманил на свою сторону.
— Поэтому я и проговариваю для тебя, — с нажимом произнес Джерард. — Я отправил ее к тебе, чтобы она была в безопасности.
— Как пожелаешь, — усмехнулся Оллин и похлопал друга по плечу. — Все в порядке, ты можешь заняться своими делами, а мы с Джо займемся своими. Мы все будем делать вид, что ее маскарад удался и ее принимают за безусого юнца.
— Поверь, не все так наблюдательны, как ты. И она вполне могла бы сойти за юного пажа, — сказал Джерард, помня, как Гвендолин напустилась на Джо. Допусти эта женщина хоть на секунду, что перед ней молодая девушка, то слуги, он, скорее всего, уже бы лишился.
— Просто верни ее в целости и сохранности, — Джерард дернул плечом, сбрасывая руку Оллина. — Пока я не решу, что с ней делать.
— Ты говоришь о ней, словно она какой-то кувшин, — фыркнул Оллин. — Ни к чему притворяться, что тебе нет до нее дела. Я вижу, ты беспокоишься, — с этими словами Оллин вошел в комнату, куда прежде отослали Джо и тут же налетел на слугу, который так и остался стоять у дверей.
Оллин тихо выругался, решив, что Джо подслушала их разговор, но обойдя ее, понял, что та явно ничего не слышала.
Джо стояла, не в силах отвести взгляд от книг, от множества книг, заполнивших полки вдоль стен.
— Это…? — Прошептала она.
— Да, это книги, которые моя семья собирала и многие из них весьма ценны, — пояснил Оллин. — Джерард сказал, что ты умеешь читать и я предположил, что могу обучить тебя письму.
— Я умею писать, — Джоанна была оскорблена, но Джо произнес это без бахвальства.
— Хорошо, это как раз то, что мне нужно.
— Я не понимаю вас.
— Присядь, — Оллин пригласил Джо к большому столу.
Сегодня он выглядел не так, как на празднике. Джо не обратила на это внимания, пока рядом был Джерард. Но сейчас она с нарастающим волнением отмечала, что на его лице не было вчерашней улыбки. Он усмехался, отчего его лицо теряло ангельское выражение и становилось порочным. Никакой светлой одежды. Темная рубаха и кожаный жилет, черные брюки и ботинки из черной кожи. Полная противоположность улыбчивого юноши на пиру.
Джо села и скрестила руки на груди.
— Так как занятий для тебя мой друг ещё не придумал, он одолжил тебя мне.
— Одолжил? — Вспыхнула Джо.
— Все в порядке, я думаю, тебе будет интересно. Многие из этих книг уже довольно ветхие, но их нужно сохранить. Раз ты умеешь писать, то я надеюсь, ты мог бы помочь мне переписать некоторые наиболее ценные экземпляры.
Джо с сомнением посмотрела на Оллина. Он говорил добродушно и был приветлив, но за радужкой его глаз танцевали черти, Джо кожей ощущала, что перед ней волк в овечьей шкуре. Тот, кто умеет манипулировать и не будет просить, не имя рычагов давления. Перед мысленным взором тут же появился Джерард, который перебинтовывал её руку в палатке, обещал защиту. Его благородное поведение и отношение к ней не вызывало сомнений, чего нельзя было сказать о его друге.