— Эти милые создания примечательны тем, что умеют хорошо прятаться в укромных местах, а потом, — Лотиан не договорил, и положил квакуна в карман, несколько секунд помолчал, открыл рот: — Ква-ква-ква, ква-ква.
Девочка залилась смехом, даже её родители улыбнулись. Я же не знала, как отреагировать. Он так шутит?
Айболит вынул квакуна и положил его на прилавок:
— И смешит всех вокруг, преобразуя речь человека в кваканье, — сказал он, и у меня поползли брови вверх, так это была не шутка, а особенность лягушки. Чудеса.
Я более внимательно осмотрела квакуна, даже взяла на руки. Лягушонок был приятным на ощупь и не склизким.
— Прошу познакомьтесь, Элла Фостер моя ученица и помощница.
О, как неожиданно. Я отдала ему животное, так как у меня даже ладони от нетерпения зачесались, чтобы спросить с чего это Лотиан такой добрый? Не просто помощница, а ещё ученица.
— С квакуном все в порядке? — спросил мужчина.
— Да, — ответил Лотиан. — Сейчас госпожа Фостер сделает запись в журнале учета, а я подготовлю пакет документов и справку осмотра. И он станет вашим питомцем.
— Спасибо! — звонко поблагодарила девочка.
Заполнение документов несколько затянулось. Оказалось мало того, что я медленно писала, так ещё, чтобы магическое животное стало домашним надо было оформить особое разрешения от целителя, с разрешением от императора работы в ветлечебнице.
Потом сделать что-то похожее на паспорт здоровья, где проставляются все данные, и даты будущих визитов. Затем составляется сертификат владения животным, чтобы если служба отлова найдет животное, то хозяин мог бы его забрать.
Те бланки и книги, что заполнял Лотиан, он подтверждал магической печатью — выглядела она как обычная круглая со штампом, но, когда он её ставил, под ней появлялся зелёный свет.
Клиенты наши порядком заскучали. Я окинула входную группу ветклиники и поняла, что просто необходима зона ожидания, кроме, разумеется, генеральной уборки. А ещё бы зоомагазин, чтобы клиенты без дела не сидели, пока ждали своего питомца. Надо будет предложить Лотиану, и вообще обсудить условия работы, да статус клиники. Вдруг мы на полпути к закрытию.
— С вас 50 серебряных монет за документы и осмотр, — молвил Лотиан.
Судя по тому, как вытянулось лицо главы семейства после того, как Лотиан назвал сумму за услуги, они явно не ожидали, что квакун обойдется настолько дорого. Ещё один пункт того, что нужно сделать. Разобраться с местной валютой и курсом. Одно пока понятно в этом мире пользуются монетами.
Когда клиенты ушли, я начала убирать бумаги с прилавка, то увидела наконец-то название клиники. И по спине у меня пробежались мурашки с холодным потом. Ветлечебница Лотиана называлась «Перо и коготь»! Точно так же, как мой вымышленный магазин накануне моего попаданства.
— Лотиан, — окликнула его на лестнице. — Ответьте мне на один вопрос, только честно.
Он недовольно поджал губы, что отвлекаю его, но всё же кивнул.
— Почему на самом деле вы мне помогли? — я потрясла бумагами с эмблемой магазина, - перо в когтистой лапе. — Я придумала такое же название, как и ваша ветлечебница, перед тем как сюда попасть.
Айболит не сводил с меня хмурого и настороженного взгляда, но потом все же ответил:
— Несколько недель назад я повстречал гадалку, — огорошил меня началом. — Она сказала, что появится девушка, что заставит меня выйти из укрытия. И я помогу ей.
Он спустился и вернулся к прилавку, чтобы встать ближе ко мне.
— Я не предавал этому значение, тем более кто поверит сумасшедшей старухе, — он вздохнул, будто набираясь храбрости для продолжения: — Когда я ради вас и Арчи вышел за едой в таверну, я понял, что старуха была права. На этом всё.
— Как всё? Расскажите подробнее, — я не знала, чего в моем голосе было больше волнения или просящих ноток.
— Вы тоже не полностью со мной откровенны. Примите пока такую правду, — намекнул он и отошёл от меня.
— Как связаться с этой гадалкой? — крикнула ему вслед, пока он поднимался на второй этаж. Не хочет говорить — сама разберусь.
— Это невозможно, Таты больше нет. Сейчас на Книжной 32 живет её наследница.
Вот дела! И как теперь разобраться со всем этим? Неужели моё попаданство и, правда, воля богов?