Я и не собиралась. В мои планы входило остаться здесь или вернуться в свой мир. Оптимальным я вообще считала то, чего изначально хотел Гадор: обрести способность ходить по мирам. Это позволило бы мне курсировать между Землей и этим миром.
Ведь даже с учетом того, что я «послала» Гадора, мне есть что здесь делать. В самые короткие сроки этом мир стал «моим».
– Думаю, в ближайшие дни доработаю, – закончил Гадор. – Останется испытать. И еще… – Он задумчиво вздохнул и устало поглядел на меня с болью во взгляде. – Анечка, милая, скажи, ты правда хочешь, чтоб я с тобой развелся?
Я прямо опешила от такого вопроса. Внутри сверкнула боль вперемешку с возмущением.
Что? Он согласен со мной развестись?
В голове вихрем пронеслись самые разные мысли. Противоречивые и даже смешные.
«Ох, ну наконец!»
«Что? Так просто?»
«Ты с ума сошел?!»
«Нет, так не пойдет! Правила просты: я убегаю, ты догоняешь! Какое “развестись”?!»
«Ага, доигралась!»
Я остановила хаос в голове и уставилась на Гадора.
– А что? Теперь ты хочешь со мной развестись? – спросила я жестким ехидным тоном, хоть вовсе и не хотела говорить таким.
– Нет, – грустно, устало и искренне ответил Гадор. – Не хотел и не хочу. Правда. Ты нужна мне по-прежнему. Мне, проклятье, плохо без тебя! Но… Просто я подумал следующее. Не исключено, что нашему миру и нам всем осталось так мало времени на жизнь. И любой хочет его прожить счастливо. Если ты считаешь, что будешь счастливее без меня, если считаешь, что меня нельзя понять, то я дам тебе развод. Выходное пособие, отдельный дом – это все тоже дам. Ну так что? – усмехнулся он. – Тебе будет лучше?
Я замерла с отвисшей челюстью. «Я подумал, что если ты будешь счастливее без меня, то я дам тебе развод…» – эхом прозвучало у меня в голове.
Это были слова любви. Я не дура, чтобы не понять этого! Он вовсе не хочет развестись, но готов сделать это ради меня. Отпустить меня, как отпускают любящие, если другой хочет уйти.
В тот момент я была готова искренне поверить в его любовь ко мне.
Слезы просились на глаза, я едва их сдерживала.
– Гадор… милень… Гадор, подожди, – сказала я. – Да, я хочу! Вернее – не хочу! Вернее… я хочу развестись только в том случае, если ты… так и не признаешь свою неправоту. Если не извинишься по-человечески. Я ведь тоже не развестись с тобой хочу! И не избавиться от тебя! А хочу, чтобы ты понял меня и извинился! Обещал больше так не делать!
В глазах Гадора сверкнула новая молния боли.
Он резко сложил руки на груди и отвернулся к окну. Пару мгновений задумчиво смотрел в него, а я ждала ответа. Как приговора.
– Аня, послушай. – Он обернулся ко мне и горько усмехнулся. – Было бы так просто пойти тебе навстречу. Что, в сущности, стоит любому из нас сказать то, что он не думает? Извиниться, когда не считаешь себя виноватым. Ничего не стоит. Но есть кое-что, что я всегда замечал в тебе. Ты сумасшедшая, странная, восхитительная, иномировая, и ты всегда… остаешься собой. Всегда верна себе. Среди людей это не столь часто встречается. Вот и я тоже. Дракон всегда остается драконом. За что извиниться? За твою боль? Я чувствую ее как свою. Мне очень жаль, что тебе пришлось ее испытать. Но я не считаю, что мы так уж виноваты. Мы действительно не додумались до других вариантов. Я не могу раскаиваться в нашей несообразительности.
– А я по-прежнему думаю, что не захотели подумать! Потому что так было удобнее! – Гнев начал вытеснять умиление.
– Аня, проклятье! Мы ходим по кругу! В свою очередь… я не обижен на твою обиду. И на твою дурь! Но мне, знаешь, тоже хотелось бы, чтобы ты поняла меня. Что же… если ты считаешь, что меня нельзя понять и простить…
– Да нет, Гадор, можно! Но если ты сам признаешь, что есть за что прощать! Я хочу тебя простить, но для этого нужно, чтобы ты… ну хоть как-то извинился! Чтоб было ясно – ты больше так не сделаешь!
– Проклятье! Что же, видимо, тебе и верно без меня лучше. И верно… Моя голова вечно занята сохранностью мира – ты права. Неважный из меня муж. Видать, совсем не моя роль, – жесткая усмешка.
– То есть не будешь извиняться? Не признаешь, что следовало хотя бы поискать другой вариант?
– Могу – чисто технически. Не в силу собственных убеждений.
– Проклятье, Гадор! Тогда – развод. Что для этого нужно сделать?
– Очень просто. – Его глаза зло сверкнули.
Теперь явно и он был зол на меня. Как я – на него.
…Мы и верно ходили по кругу. Балансировали на грани, готовые вот-вот сорваться в пропасть…
Он достал из ящика стола бумагу, и я узнала в ней наше «свидетельство о браке». Развернул и указал мне на последнюю строчку. Она гласила: Аннулировано такого-то числа такого-то года.