– А почему я появилась именно в той же секунде, когда вы меня отправили? – спросила я. – Время в мирах течет настолько по-разному?
И поежилась. Нужно срочно заканчивать с вопросами и требовать отправки обратно. Ведь если я провела две недели в том мире, а на Земле прошла одна секунда, то сейчас, пока я тут с Бориской разговариваю, в мире Грайанос уже куча времени прошла!
– Не настолько! – рассмеялся Эйнштейн. – Конечно, там время течет быстрее. По крайней мере, для тебя – для тебя там мир высшего уровня. А в мирах высшего уровня, по моим расчетам, время как бы «сжимается». Но все же не в пропорции секунда на две недели. Скорее, секунда на минуту. Но нет. Дело тут в первую очередь в том, что при квантовых скачках происходит еще и общее искривление пространства-времени. То есть время тоже искривляется. Но это, скорее, вопрос к настоящему Эйнштейну. Да-да, думаешь, я не знаю, как вы меня прозвали – смешок. – Странная безграмотность, ведь Эйнштейн – это куда больше теория относительности, специальная и общая, а вовсе не квантовая механика. Хоть бы Бором или Шредингером прозвали, что ли… Де Бройлем, на худой конец! Но мне лестно тем не менее, лестно.
– Ну… спасибо за объяснения, Борис Семенович, – улыбнулась я. – Теперь отправляйте меня обратно, как договаривались. И уж постарайтесь, чтоб портал обратно не открылся раньше времени. А если вовремя появится, через несколько месяцев, – глядишь, к тому времени откроются порталы для переходов между нашими мирами. И вам не придется постоянно отправлять меня туда-обратно.
– А ты прямо абонемент хотела… на отправку?
– А что делать, если другого пути не возникнет! Более того – я настаиваю! Так что в ваших интересах, чтоб я дольше не возвращалась.
– А чего дольше? Для меня ты всяко появишься в этой же секунде… Хотя да. Ты права. Так зацикливание получается. До ночи здесь, что ли, сидеть и тебя туда-обратно тягать? Ладно, попробую отправить так, чтоб ты на подольше там застряла!
Эйнштейн принялся крутить в руках призму.
– Зверя-то своего не забудь, а то скоро отправка!
Я поймала Гарри, велела ему обратиться малюсенькой крыской и снова запустила в карман.
– Готова?
– Всегда готова, Борис Семенович! И спасибо вам!
Ну, дай бог, сейчас я вернусь. Надеюсь, Гадор там не успел сойти с ума от разлуки.
Эйнштейн навел на меня призму. Я моргнула, ожидая цветного луча, затягивающего потока.
Но ничего не произошло. Эйнштейн с минуту крутил прибор в руках. Потом в сердцах швырнул его на стол.
– Опять сломалась! Чтоб ее! Похоже, заряд весь вышел – не уследил, передал тебе в прошлый раз слишком много энергии! Ох, что же делать-то! Так ведь ты на год минимум тут застрянешь, пока я не перезаряжу линзу. Это длительный процесс… Тут только магия и помогла бы ускориться!
Глава 41
Наверное, это было несправедливо. Но в тот момент мне захотелось пристукнуть Эйнштейна. Ну как так можно? Вот Гадор тоже ученый – и все всегда предусматривает.
Гарри ощутил мою злость, высунул мордочку из кармана и сердито зашипел на светило науки.
– Да не виноват я! – бросил Эйнштейн.
В тот миг в его старом лице появилось что-то детское.
– Это ведь экспериментальный прибор! Методы управления еще не отлажены.
– Ага, не отлажены, а эксперименты на студентах вы ставите! – насупленно ответила ему я. – Магия действительно может зарядить ее быстро? Давайте я попробую.
Эйнштейн оценивающе поглядел на меня, потом кивнул и протянул мне призму.
Принялась крутить ее в руках. На самом деле я понятия не имела, как зарядить ее магической энергией.
Я могла вырастить цветочек. Выпустить лианы из деревянных предметов. Управлять животными или лечить их. Заставить колоситься полудохлый газон. Снять головную боль и уменьшить усталость. Предсказать будущее, в конце-то концов!
Но я не умела передавать магически передавать энергию! Разве что немного ее целительную ипостась – для снятия усталости.
Я представила себе, как собираю энергию от всего, что имеет природное происхождение, кроме Эйнштейна и Гарри (я же не вампир!). Собрала, что было, от деревянной мебели. Энергия, кстати, присутствовала. Напитав внутренний ресурс посильнее, я стала пропускать ее через руку. Но ничего не происходило…
Потом призма вдруг стала скользкой, и на ее поверхности начала стремительно расти зеленая и серая плесень.
– Дай сюда! Испортишь! – Эйнштейн раздраженно забрал у меня призму. Шапка из плесени перестала расти.
Эйнштейн взял тряпочку с дальнего края стола и тщательно протер призму.
– У тебя природная магия. Не твой профиль. Ты можешь вот так – видимо, споры плесени, что кружились в воздухе, проросли от твоей энергии, – сказал Бориска и без того понятное.