– А я думаю – это ты! – словно со стороны услышала я свой голос, в то время как мои шаловливые пальчики с наслаждением закопались в пышные драконьи волосы. – Так хочешь меня, что аромат сам генерится!
Дракон словно получил пощечину.
Еще мгновение назад поцелуй был неизбежен. И все остальное, конечно. Он же не мальчик. Тем более – голый не-мальчик!
Сейчас же он отпрянул одним рывком, отвернулся и глубоко задышал.
Я ощутила, что неконтролируемое влечение спадает. Я все еще хотела его, но это можно было терпеть!
Воздух разрядился, томность и жаркая страсть растворялись.
– Почему ты так решила?! – вдруг с интересом спросил дракон, обернувшись ко мне.
– Ну как… – опустила глаза долу. – Если бы аромат страсти выделялся автоматически, когда дама вас хочет, то… Махрыня тут жила два месяца, любила вас и явно хотела… – Про себя я подумала, что ведь невозможно совсем его не хотеть. – За это время вы должны были навыделять столько аромата… А никаких таких эксцессов с Махрыней у вас вроде не было.
Гадор скрестил руки на груди, откинул голову и расхохотался.
Я, кстати, вдруг заметила, откуда эта восхитительная гладкость. На его теле не было ни единого волоска! Ни на ногах, ни на руках, ни на груди.
– Ну, и чего ты хохочешь? – насупившись, спросила я. – Мне, знаешь, тоже это все не очень приятно…
– Понимаю, – неожиданно спокойно ответил дракон. – Видишь ли, Анечка, логика у тебя, конечно, правильная. Но есть нюанс. Эта система работает так: если я сам хочу женщину, а тут еще и… она меня захотела, то вот эти два… хм… фактора складываются, и аромат идет сильнее, чем когда мы сами его вызываем. Поэтому с Махрыней и не было эксцессов, как ты сказала. Даже не хочу представлять такой эксцесс. – Гадор непринужденно пожал плечами и снова рассмеялся.
– А меня, значит… хм… ммм… эээ… больше хочешь? – ляпнула я.
Наверное, более дурацкого вопроса придумать я не могла. Или пыталась поддержать беседу подобно поручику Ржевскому, который вежливо интересовался, не били ли его спутницу веслом по лицу.
– А что, не видно?! – рявкнул Гадор. – Еще покрасней мне тут! Чтоб прямо феромоны твои зашкалили! Глазки долу опусти так, что хочется… Губу закуси так, что желается ее… Проклятье, Анечка! Это невозможно. И наплевать, я это делаю или ты!
Он вскочил как припадочный, а мне захотелось ответить на вопрос «А что, не видно?». Видно, да… Ого-го, вообще-то!
Ну так, мельком. Честное слово, я не нарочно!
Вроде бы волос там тоже нет.
– Все, хочешь мучить меня и сама мучиться – будешь спать одна! – вдруг насупленно бросил дракон. – Еще попросишь меня вернуться. Поверь, я больше привык терпеть эту пытку. Даже приготовился к этому. Обещание собирался сдержать. Не думал, правда, что это будет… хм… настолько.
Сердито подошел к кровати с другой стороны, забрал подушку и направился к выходу.
– Ой! А тут не страшно? У тебя тут камбезики под кроватью не водятся? – ляпнула я.
Сейчас мысль остаться одной в спальне показалась мне пугающей. Словно он бросил меня в темном лесу. Наверно, постпопаданческое стрессовое расстройство наравне со всем остальным сказывалось.
Дракон опешил и развернулся ко мне полностью. Хорошо, что подушку он держал в районе пояса.
– Да вроде нет… – оглянувшись по углам, сказал он. – Камбезиловки последнее время плохо работают, но магией мы легко справляемся. Никаких камбезиков тут нет! – словно проснувшись, отрезал он. – Посплю на диване в кабинете. Мне все одно недурно бы еще поработать. Раздевайся и спи. Через четверть часа проверю: не будешь спать – усыплю.
А неплохо бы. Измученная всем на свете, я уже была готова согласиться на магическое снотворное от ректора.
– Хорошо, спасибо, – сказала я со вздохом.
Дракон сейчас точно заслужил мою благодарность. Ведь он смог устоять. Достаточно было «небольшой пощечины», чтобы он отпрянул, вспомнил о своем обещании. Более того – он не меня выгнал из своей удобной спальни, а сам ушел куда-то на диванчик. Сегодня – благодаря ему – моя честь и самолюбие не пострадают, даже если это выдуманные понятия.
– Помни мою доброту! – вдруг расхохотался дракон. Видимо, смех лучше всего отвлекал его от эротических мыслей.
И вышел.
Когда дверь за ним закрылась, я не знала, рада ли тому, что супружеское ложе полностью в моем распоряжении. Если совсем честно – без этого огнедышащего хама мне стало одиноко и холодно. Правда, уже не страшно. Камбезиков тут не было. Зато стало ясно, что это кто-то вроде крыс или мышей.