Ну, прямо сейчас не готова, поправилась я.
Этот вводный курс для студентов природного читал профессор с факультета общей магии магистр Марунар. Человек. Невысокий плотный, со светлыми волосами, в коричневой мантии. У него был вид скорее ученого, чем бойца-джедая, и представить в его руках световой меч я не смогла.
– В следующий раз не опаздывайте! – бросил он мне, когда я на цыпочках вошла, чтобы сесть куда-нибудь в «амфитеатре» аудитории. Потом хмыкнул, видимо сообразил, кто я такая, и добавил: – Простите. Но опаздывать все равно нежелательно.
И тут же продолжил читать лекцию.
Желтый мелок при этом сам по себе выводил на большой черной доске основные тезисы из речи лектора.
Я покивала магистру и прокралась на первый ряд. Смущалась – потому что все студенты с интересом глядели на меня. Не каждый день профессор сперва ругает за опоздание, а потом извиняется перед студенткой. И ведь степени их осведомленности я не знаю. Относятся ли они к той «каждой собаке», которая с сегодняшнего дня должна знать о бракосочетании ректора.
Как нередко бывает, задние ряды были забиты полностью, а первый – наполовину свободен. На «первой парте» сложно скрыть, если ты занимаешься чем-то другим, а не конспектируешь.
Но устроиться совсем одной было негде. В полутора шагах от меня сидели двое парней-эльфов, весьма вольно одетых – в свободные рубашки (брюки мне было не видно). У одного из них (того, что ближе ко мне) рубашка была травянисто-зеленая, у другого – белая. Своими тонкими благородными лицами они, как водится, сильно напоминали Леголаса в юности и, вообще, были похожи друг на друга. Может, родственники, не знаю.
Когда устроилась рядом, они принялись поглядывать на меня и перешептываться, чем сильно отвлекали от лекции, которую я и так не четверть пропустила и потому ничего не понимала.
Впрочем, дело привычное. Сейчас адаптируюсь!
Вскоре я начала немного воспринимать информацию. Магистр Марунар рассказывал, как энергия магических существ может воздействовать на неживые объекты. Как нужно собирать ее в «кулак» или распределять в пространстве, чтобы осуществить телекинез.
Вскоре он предложил всем попробовать проделать упражнение, похожее на то, что я должна была осуществить на экзамене.
Силой своей энергии пролистать конспект. Я попробовала, но странички никак не желали переворачиваться. Вместо этого из конспекта начали прорастать тоненькие зеленые стебли, на них распускались крошечные листочки.
Как здорово-то! Интересно, это ростки того дерева, из которого изготовили бумагу для конспекта, или нет?
В общем, природный дар пришел на помощь, а освоить телекинез не получалось. Впрочем, я знала, что на обзорных курсах нет никаких карательных акций, если студент другой специализации не справился с заданием.
Вскоре один из послушных моей воле ростков изогнулся и принялся перелистывать страницы.
Я оглянулась. Вдруг надо мной все смеются.
Но опасалась я зря. У половины эльфов и дриад все обстояло примерно так же! По всей аудитории извивались лианы, по конспектам некоторых студентов ползали жучки – и умудрялись переворачивать страницы для своих хозяев.
И тут что-то взорвалось! Вернее, шумно треснуло, как будто из-под земли вырвался бурный поток.
Я вздрогнула, ведь в этом мире почти все громкие звуки означали нечто страшное!
– Ой, мамочки! – послышался испуганный девичий голос.
И воцарилась гробовая тишина.
Эльф, что сидел ближе ко мне, придвинулся и прошептал:
– Не бойтесь, это у Катуриэль опять ее мартисса на волю выбралась!
– О-о! – со знанием дела ответила я.
Ну конечно, мартисса на волю выбралась, я так и подумала! Знать бы еще, что это за мартисса!
Я оглянулась и увидела, что все с улыбкой смотрят на невысокую светловолосую эльфиечку, которая со слезами на глазах наблюдает, как из парты прорастает толстое дерево. Понятно, это, значит, с таким «взрывом» оно вырвалось из небытия. В смысле из парты.
– Стоит ей помагичить рядом с предметом, сделанным из мартиссы с Куаринских островов, как дерево тут же прорастает! Мы привыкли уже, – доброжелательно пояснил эльф и подполз еще ближе. – Убрать сама не может, сейчас кого-нибудь из преподов с нашего факультета позовут, наверно. Мы прозвали это «проклятием Катуриэль».
– Понятно, значит, у остальных еще и ничего! – тихонько рассмеялась я.
К этому моменту в аудитории стоял гул, студенты переговаривались в полный голос, смеялись. А двое эльфов подле Катуриэль утешали ее, поглаживая по плечам.
– Так! – Новый грохот: это профессор, чтобы привлечь внимание, заставил кафедру подпрыгнуть и грохнуться на пол. – Сейчас перерыв. Приберитесь тут. – Он кивнул на многочисленные цветы и лианы. – На второй части поговорим, почему так происходит!