В общем, доковыляли мы до рынка. Дядя Сима утер пот со лба и выставил нас на продажу. То есть посадил на стульчики так, чтоб любой проходящий мог насладиться, лицезрея наши прелести.
– Девочки, товар лицом показать нужно! – причитал он, глядя на наши насупившиеся лица. – Ножку на ножку положили, улыбнулись! А с такими лицами я кому вас продам?
Мирка, ясное дело, плевалась и угрожала ему стрелой в глаз. Я же отвешивала дяде Симе фразочки о том, что мы «честные попаданки» и вести себя как девицы на витринах в Квартале красных фонарей не будем. Дядя Сима не знал, что за квартал, он вздыхал и угрожал оставить нас без десерта на ужин.
Как вы знаете, первое время на меня никто не смотрел.
Вернее, подходили мужички разных рас (вплоть до остроухих низкорослых гоблинов), окидывали скептическим взглядом мою худую фигуру и уходили. Либо внимательно присматривались к яркой и спортивной Мирке. Порой приценивались, но, видя ее горделивый воинственный вид, тоже уходили.
В общем, в какой-то момент мы просто сидели, жарились на солнцепеке, выедали мозг дяде Симе, а покупателей не было.
И вот, когда дядя Сима уже решил снижать цену на обеих, вдруг произошло непредвиденное. Мирка застыла как каменная – она что-то увидела в стороне. Потом сплюнула сквозь сжатые зубы и начала сползать под стол.
Эльфы, знаете ли, существа ловкие да гибкие. Поэтому получилось у нее очень хорошо.
– Мир, а, Мир? Ты чего? – удивилась я.
– А ну вылезай, красавица моя! – Дядя Сима толстой рукой взял ее за плечо и потащил наверх.
– Не вылезу, пока он не уйдет! – буркнула Мирка и расположилась под столом удобнее.
Пришлось дяде Симе вытащить ее за магическую цепь, которая делала из непобедимой воительницы беззащитную рабыню.
И тут я поняла, что так напугало Мирку. Чуть в стороне от нас стояла группа мужчин-эльфов, они переговаривались, поглядывая на нас.
– Мирка, это же твоя раса! Ну или почти твоя! Чего ты напугалась?
– Там он! Проклятье! – воскликнула она и сделала неуловимый жест подбородком в сторону ближайшего эльфа.
Он был повыше других и чем-то отличался от остальных. Такой более мускулистый. На Мирку в мужском варианте похож.
– Да кто он-то?! – изумилась я.
– Грузидиел! Мой враг! Мы с ним соперничали всегда. А еще он причастен к гибели моих родителей. Он меня ненавидит! – Мирка снова попробовала сползти под стол, но дядя Сима удержал ее. – Уверена, сейчас он меня сторгует, чтобы подвергнуть величайшему позору! Сделает из меня рабыню, а потом убьет, как при его участии убили мою мать! Пытать будет, должно быть!
Вот не знаю, что там за эльфийские заговоры были у Мирки на родине, но звучало угрожающе. Ведь если женщину купит мужчина, который ее ненавидит, то явно не для нежной любви.
– Э-э-э… – протянула я, просто не зная, что еще сказать. Я бы, может, сама тоже под стол спряталась в такой ситуации. – А откуда он тут-то?
– Ну откуда, – пробурчала Мирка. – В портал провалился раньше меня. Мы с соратниками не знали, куда он пропал, и негодовали! Ибо его исчезновение лишало меня мести! – Мирка полным ярости взглядом уставилась на врага. – Да чтоб ему орланы печень выклевали!
Мирка такая, знаете ли! Ей палец в рот не клади.
И, конечно, словно услышав Миркины опасения, Грузидиел вальяжной походкой подошел к нам. На лице его стояла ехидная улыбка. На саму Мирку он не смотрел, видимо узнал с самого начала. Глядел на дядю Симу.
– Почем попаданка, торговец? – небрежно бросил он.
– Будь ты проклят! – вмешалась в разговор Мирка.
Но дядя Сима, завидев покупателя, не отставал.
– Не слушайте ее, любезный! Девушка и верно попаданка. У нее шок, не привыкла еще. Восемь монет – фигура отличная, сами видите, глаза большие. Владеет основами магии – можно подучить ее бытовой, и будет вам хорошее подспорье по дому.
– И верно, не знает обычаев. Берегов не видит, – бросив на Мирку ехидный взгляд, ответил Грузидиел. – Совсем попаданки распоясались! – Как будто сам он не попаданец! – Цена ей красная – три монеты, при таком норове!
При этом заглянул в кошелек, где лежало явно много больше десяти монет. То есть сказал про три монеты, чтобы лишний раз унизить Мирку.
– За тебя и полмонеты бы не дали, – кинула ему Мирка и отвернула свое прекрасное лицо, чтобы не видеть гада.
– За три не могу, простите, любезный, – запричитал дядя Сима. – И за пять не могу. Товар свежий, не залежавшийся. И так в убыток себе торгую…
– Да я, в сущности, не настаиваю, – хмыкнул Грузидиел. – Беру за восемь – вместе с цепью, времени нет самому привязь делать.
– Прекрасное решение! Вы не пожалеете! – обрадовался дядя Сима.