А у Мирки на глазах выступили слезы. Она сглотнула, тронула меня за плечо.
– Я всегда тебя буду помнить, о друг мой низший. И ты помни меня – когда от меня не останется даже цветочной росы! – произнесла она.
– Да погоди ты, может… еще… – слабо пыталась я утешить подругу, хоть самой хотелось плакать за нее.
– Моя участь предрешена. Подобный позор я не переживу!
Дядя Сима радостно взял оплату и протянул эльфу свободный конец магической цепи.
– Ну пойдем, женушка! – бросил эльф Мирке.
И никуда ей было не деться. Только и оставалось, что распрямлять плечи, дабы не показать степень своего унижения.
Я же была ошарашена. А потом, когда Мирка с ее мучителем скрылись из вида, набросилась на дядю Симу.
– Ну и зачем ты ее ему продал! Он же мучить ее будет! От же тиран и деспот! Морда вражья поганая! – бушевала я. – Подождали бы еще пару часов, может, другой покупатель купил бы!
– Да кому она еще нужна при таком норове! – махнул рукой дядя Сима и принялся пересчитывать денежки. – Вот веди себя лучше – глядишь, тебя кто подобрее купит! Видела, что бывает с такими гордыми?!
Но мне не помогло никакое поведение. Мой личный великолепный тиран явился спустя два с половиной дня.
Мирка немного засмущалась в ответ на мой вопрос.
– Видишь ли, друг мой, все оказалось совсем не так, как я думала. И высшие иной раз ошибаются! – добавила со своим обычным забавным пафосом. – А признать свое заблуждение – свидетельство чести, живущей в душе.
– Так что случилось с тобой потом?
– Грузидиел оказался совсем не таким, как я думала. Как только мы заключили брак и он привез меня в свой дом в стране местных высших, он освободил меня от цепей. И мы сразу вступили в поединок!
– По твоей инициативе, конечно? – лукаво спросила я, уже понимая, куда она клонит.
– Ну да, конечно, – смутилась Мирка. – Но знай, что не было в нашем поединке победителя. В итоге начали мы разговаривать. И узнала я, что Грузидиел никогда не был убийцей моих родителей, он представил мне достойные доказательства. А еще он признался, что освободил меня не ради мучений. А потому что хотел спасти меня от позора быть купленной кем-то другим. Что он готов развестись со мной прямо сейчас и даже дать положенное по закону выходное пособие, чтобы я могла жить свободно и самостоятельно в этом мире. Не верила я сперва. Но искренняя забота его поразила меня, друг мой, в самое сердце!
– О! – вырвалось у меня. Что-то мне эта история напоминает. – И вы развелись? А потом ты поехала в Академию?
– Да нет. – Мирка перестала смущаться и искренне счастливо улыбнулась. – Знай, о друг мой, что женщинам моего племени знакома благодарность. Грузидиел сообщил мне также: его поступки связаны с тем, что он всегда испытывал ко мне самые глубокие чувства. Короче, потому и бесил меня, и издевался, что любил, – заговорщицки и тихо добавила она, стрельнув взглядом в сторону.
А я-то и не разглядела сразу! Среди ожидавших Мирку эльфов стоял и он. Грузидиел «ужасный».
– И ты поняла, что сама «ненавидела» его, потому что любила? – с улыбкой уточнила я.
– О да, догадливый мой друг! – тихонько рассмеялась Мирка. – И мы сочли, что лучше сохранить наш брак. Поведал мне мой муж и то, что его отправляют в Академию, дабы освоил он приемы боевой магии этого мира. И предложил он мне пойти с ним, дабы не разлучаться и чтобы я делом занималась – по профессии.
Меня чуть от смеха не сгибало, когда Мирка так забавно чередовала свою пафосную речь с нормальной непринужденной.
А внутри растекалось золотое счастье. Я была так рада за нее! Ведь их история достойна целой книги!
Мы еще немного поговорили под ожидающими взглядами двух групп поддержки. Мирка кратко рассказала о судьбе самого Грузидиела. Когда он провалился в портал и попал в распределитель, с ним тоже не знали, что делать. Ведь эльфы не очень часто оказываются в этом мире, а приставить «высшего» таскать мешки или копать землю невозможно. Да и вообще, Грузидиел, воин по праву рождения, отказывался заниматься какой-либо работой, кроме воинской. Не брать же непроверенного эльфа в армию человеческого государства?
Вот и отправили его к своим – к эльфам. Те приняли хорошо, увидев отличные боевые навыки. Стал он жить-поживать, даже жалованье получать. Пока не увидел на рынке свою суженую.
И тут подле нас раздалось кхеканье. Это был Грузидиел.
– О любовь моя, госпожа моих ночей и дней, – сказал бывший тиран и деспот. – Позволь узнать, почему ты столь долго разговариваешь с этой низшей?
– О любимый господин моих ночей и дней, – ответила ему Мирка. – Должно быть, не узнал ты, но это та Анна, что была со мной в худшие дни моей жизни – в плену у Симона презренного. К тому же Анна – жена нашего ректора да великая предсказательница.