И вот, расположившись неровной дугой вокруг, наверное, все же не преподавателя, а наставника, зарывшись ногами в мелкий песок… арены, я разглядываю стоящих рядом со мной разумных. Смешно, но наша группа оказывается самая «человечная», по крайней мере из семнадцати разумных девять — это люди. Хотя, стоп, не девять, восемь, здоровенный парень с телом взрослого мужчины и лицом подростка, слегка краснокожий, с раскосыми глазами, все же не человек, ну, или не совсем человек, а я этого сразу и не заметил, пока он… не улыбнулся и не продемонстрировал пару нижних клыков, которым любой вампир позавидует. Вспомнил! Эту расу называют оркейцами, я же сократил до орка. А что, вполне соответствует канону, правда у тех кожа, вроде, зеленая должна быть… или это у троллей… Да какая к черту разница, здоровый, клыкастый, значит орк и никаких гвоздей. Ну, с пятеркой санграджари-вампиров и так все ясно, а вот троицу высоких, наверное, даже выше меня, с копной платинового цвета волосами, вполне себе европейскими чертами лица и светлой кожей я что-то не припомню. В принципе, они и сейчас стараются держаться немного особняком и держатся на заметном расстоянии от всех остальных. Чувствительный тычок под ребра вернул меня к действительности.
— Рус, хватит пялиться на фреллов, они этого жуть как не любят. Могут посчитать за оскорбление… потом замучаешься отмахиваться и по сторонам оглядываться. — прошептал мне на ухо Тим. Га, значит эти блондинчики — фреллы, местные эльфы, так сказать. А где уши?! — Тише ты, что орешь как оглашенный! — опять ткнул меня под ребро Тим, похоже, что последний вопрос я задал достаточно громко, вон один из фреллов как на меня зыркнул. — Есть у них уши, есть. Твои вон тоже не очень-то из под волос разглядишь. — опять зашептал мне в ухо Тим. — А фреллы специально уши прячут, у них очень обостренный слух… и обоняние. Вот и стараются держаться чуть в стороне от всех и уши волосами прикрывают. А вон тут тройку видишь? — указал он мне глазами на еще более колоритную троицу. — Это дроу, так у них с этим еще лучше чем у фреллов. Что поделаешь, жизнь в подземельях накладывает свои отпечаток. Они именно на слух больше всего полагаются, потому как в темноте на глаза надежда небольшая, а постоянно применять плетение «кошачьего взгляда» накладно, да и ослепнуть недолго. — я посмотрел на тройку дроу. Ну да, мало чем отличаются от местных эльфов, разве что кожа почти белая, волосы еще светлее, да глаза… запоминающиеся — большие в общем глаза, много больше чем у обычного человека и заметно больше чем у фреллов и радужка светлая-светлая, лишь чуть-чуть отдает голубым цветом. Рядом с группой дроу расположились четверо дваров, если по земному, то гномов. Ну, с этими и так все ясно, кряжистые, не высокие, с короткой, очень короткой стрижкой, можно сказать, почти лысые, зато вооруженные до зубов.
— А это что парочка? Кто такие? — спросил я указав на пару молодых девушек, на вид вполне обычных, но их выдают глаза, точнее, не сами глаза, а вертикальный зрачок.
— Кризы. — и увидев мой непонимающий взгляд, Тим добавил. — Странный народ и очень малочисленный. Горцы. Жили в долинах Великого Хребта, но звери и Измененные заставили их уйти с насиженных мест. Говорят, что с гор спустилось несколько сот женщин и детей, а все их мужчины остались прикрывать их Исход и погибли. Это давно было, лет триста назад. Теперь если кто хочет взять в жены одну из кризов, то сначала должен победить ее в бою, а дело это очень нелегкое и очень опасное, потому что сражаются они по-настоящему и немало претендентов отправилось на тот свет не сумев совладать со своей избранницей. Кризы говорят, что таким образом они чтут память своих погибших мужчин и тот, кто хочет возлечь на ложе с одной из них, должен быть достойным их памяти. Как маги они очень слабые, но если рожают мальчика, то он уже с рождения обладает очень приличным магическим Даром, а если рождается девочка, то она криз и не важно кто был отцом, что человек, что двар, что оркеец, да хоть фрелл или дроу. Даже странно, что они тут оказались.