- Что ребята? Потери? - Его явная тревога за соратников заставила меня сглотнуть и отвести взгляд.
- Двое… Одному сожгло шею, у второго остановка сердца… Я не доктор. - Я твёрдо посмотрел ему в глаза. - Сердечно-лёгочная, как на ОБЖ учили, потом ещё десять минут прямого массажа сердца - и всё равно ни хрена. Раз пять заводилось и опять вставало. Прости. - Я снова отвернулся.
- Кто? - Говорить ему явно было трудно, и, похоже, не только из-за электрошока.
Я сосредоточился, вспоминая.
- Шея - был со сканером, по левому тоннелю пошёл. Второго не знаю. - Отошёл к трупу, посветил. - Тут нашивка с номером, заканчивается на сто сорок четыре.
Боец закрыл глаза и откинулся назад.
- ***. - Я с ним даже был согласен. - Давно… давно их знаю. Всегда в паре работали, и сейчас вот тоже - в паре…
Где-то я слышал, что лучший рецепт борьбы с хреновыми мыслями - работа.
- Встать сможешь? Тут ещё семеро в отключке, а я в ваших аптечках ни ухом, ни рылом. Вот, обопрись на руку Таше. - На самом деле, она его просто подняла и удерживала в вертикальном положении, а он только перебирал ногами - видимо, тоже слышал про этот “рецепт”.
Минут за пять всех привели в сознание, а ещё через пятнадцать - в относительно нормальное состояние, и почти каждый задавал те же вопросы в том же порядке: тварь? потери?.. Бойцы расселись вдоль стенки, а мы с майором - друг напротив друга. Расклад получился… какой-то не такой. Подумав, я пересел к противоположной стенке, лицом к бойцам, левым боком к их командиру.
- Павел Остапович, докладываю. Пиджи поймали, судя по всему - породы Littletit(*). С нашей стороны двое погибших, один тяжелораненый - проникающее ранение в живот. - В ответ на его очень сильно удивлённый взгляд - своих бойцов он уже пересчитать успел - я пояснил. - Эта тварь Глашу ломом проткнула. Рану я сфотографировал, а её в покеболл убрал, так что можно не спешить. На базе надо будет найти хирурга и спокойно всё подготовить к операции. - Не сразу переварив изложенное, Сергиенко медленно кивнул. - Теперь важный момент. Дикарка. У нас есть… Да, три варианта. Тащить её прямо так, на решётке - не вариант, ибо день и кругом люди. Зато можно вколоть ей что-нибудь снотворное и утащить на базу. Можно попробовать покеболлы, которые вы упоминали, и тоже утащить на базу, но есть риск, что по дороге вырвется. А можно укротить прямо здесь и всё равно утащить на базу, но уже своими ногами и вполне добровольно, хоть тушкой, хоть чучелком. Только сразу скажу: я - пас, меня свои уже заездили. Пусть ребята либо жребий тянут, либо вы сами кого-нибудь добровольцем назначьте, а я проконсультирую.
* - дословно “маленькая грудь”.
Майор крепко задумался, а бойцы смотрели на меня явно непонимающе. Я кашлянул, отвлекая майора от сложного выбора.
- Может, я пока остальных введу в курс дела? - Получив кивок, я продолжил, обращаясь уже к бойцам. - В общем, технически всё просто, а вот с моральной стороной есть натяжки. Так что прежде, чем ругаться - дослушайте. Суть укрощения предельно проста: её надо вые***ть. Фактически - изнасиловать. - Выражение на лицах было многогранно неодобрительным, но высказывать мне, какой я негодяй Педро, никто пока не спешил, вняв предупреждению. - Дело в том, что пиджи изначально были созданы и для секса тоже. Если совсем грубо, можно сказать, что они - нимфоманки, которые без регулярного секса тупеют и звереют - в том мире это называют одичанием. Диких пиджи вы уже встречали, неоднократно. Мои девочки - прирученные, думаю, разницу вы видите. Обычно, при первом же, - я изобразил характерный жест, чтобы не повторяться, - у пиджи формируется связь с укротителем… так их называют в том мире. Эта связь позволяет ей сохранять рассудок и обеспечивает высокую лояльность. - Я перевёл дыхание. - Связь бывает разного уровня, базовая - альфа-связь, формируется, как правило, сразу же, сильная - дельта-связь, как у меня с девочками, позволяет обмениваться эмоциями и ощущениями, обычно возникает через какое-то время, если укротитель и пиджи хорошо ладят… Ещё есть совсем сильная, узнавание или признание, не знаю, как лучше перевести, информации по ней мало, только что укротители обычно выходят в отставку. Есть ещё разные тонкие детали, но суть примерно такая. У кого есть вопросы - задавайте, постараюсь ответить.
- И что, вот после того, как её изнасилуют, она станет добрая и послушная и проникнется тёплыми чувствами? - Спросил крайний боец скептически. - И не захочет яйца оторвать тому, кто её снасильничал?
Я ответить не успел - пока подбирал правильные слова, вмешалась Таша.
- Это как если сросшиеся веки без наркоза разрезать. До усрачки страшно, очень больно, зато потом - бац! - и ты видишь! И всё остальное на этом - такая фигня! У нас с мастером было не так, у нас как раз узнавание, да и одичание у мантис совсем слабое, но даже так… Оно того стоит! - Убеждённость в её голосе и теплота, с которой она на меня посмотрела, заставили всех надолго замолчать… Я и сам раньше не очень-то задумывался, как это работает - в прочитанных историях мало внимания уделялось чувствам и мыслям самих пиджи в момент приручения.
- А что за порода - литлтит? И, кажись, она это и кричала? - Теперь спросил, судя по голосу, кто-то постарше.
- Что за порода - не знаю, у меня вся инфа в планшете, а батарейка ёк. Электрическая - это вы сами видели. И да, дикие пиджи связно говорить не могут, только название породы. Видимо, чтобы не забыть, мозги-то прое***ли, пока обратно не въе***т - думать нечем. - Немудрящая шутка немного разрядила обстановку. Я помолчал, собираясь с мыслями, чтобы покороче рассказать про возможные осложнения после укрощения, но тут заговорил майор, про которого я уже почти забыл.
- Так, бойцы, дело мы сделали… пусть и не совсем, как ожидалось. Теперь надо решать: или мы её тащим на базу, или кто-то её прямо здесь… того… укрощает. - Новый термин, особенно в свете его настоящего значения, дался Сергиенко нелегко. - Укрощать её придётся по-любому, или здесь, или на базе, и никого левого я к нашей добыче не пущу. - Последнее заявление вызвало в отряде одобрительное и понимающее хмыканье. - Так что давайте думайте: добровольцы есть?
- Есть! - Неожиданно раздался тот же голос, что спрашивал про породу. - Жены у меня нет, да и не будет уже, не те мои годы жену заводить, зато никто плешь не проест, что, мол, с малолеткой кувыркаюсь.
- Давай, Вась, не ударь в грязь лицом! - А этот голос был совсем молодым, и даже не прошедшая хрипота не могла этого скрыть.
- Гм. Ну, действуй тогда. - Дал добро Павел Остапович.
- Там Даша дежурит, если что - подстрахует. Вообще мы её крепко примотали, вырваться не должна… В общем, сами смотрите: будет мешать - скажите, отойдёт.
- Да ладно, справлюсь как-нибудь, чай не впервой. - Неожиданно смутился пожилой мужик, поднимаясь на ноги. - В бане команда на команду не оплошал - небось и счас не оплошаю!
***
Чувствовал себя Василий всё же несколько неуютно. С одной стороны, мысль об изнасиловании - сколько ни называй его укрощением, суть от этого не изменится - девчонки, которая даже в темноте тоннеля на совершеннолетнюю никак не тянет, была, мягко говоря, неприятна, но с другой… А вот с другой стороны набралось много разного. Во-первых, слова про жену не были пустыми - первая и единственная школьная любовь вышла замуж за другого, а Вася… Вася так и остался один - сначала из гордости, потом по-всякому, а сейчас… сейчас уже почти полтинник, чуть ли не самый старый боец в Отряде, уже и рад бы кого-нибудь найти скоротать век, да поздно искать… Во-вторых, по женщинам Вася был не мастак, и полгода воздержания - с той самой бани (ну не снимать же шлюху, в самом деле!) - заставляли с совершенно определённым интересом смотреть на любую пару сисек… пусть даже и первый номер, как у этой мелочи. В-третьих, хоть членом наказывать и нельзя, была всё же некая глубинная справедливость в именно таком способе укрощения пойманной твари… то бишь, пиджи, ежели по науке. А в-четвёртых, была у него непонятно откуда взявшаяся уверенность, что он всё делает правильно, и это смущало его даже больше остальных причин.
Впрочем, увидев распяленное на железной решётке тело, примотанное обгорелыми металлическими полосами, Вася все глупые мысли из головы выкинул, и даже не обратил внимания на деликатно скользнувшую в сторону четверорукую тень.