Сюжетом послужила наша встреча в парке. Постаралась передать то настроение, когда рассматривала природу своей новой родины, благодарность от подарков. Признательность за доброе отношение и дружбу в последствии.
— Ой как красиво! Это наш парк, верно. Тот день, когда мы гуляли, — Анита стояла и восхищалась, глядя на пейзаж, — Вы были тогда такой счастливой!
— Я и сейчас счастлива.
— Да, но сейчас вы иногда грустите, а в тот день, вернее во время прогулки, у вас не было и тени.
— Анита, ты такая внимательная.
— Ой! Леди, простите, я разговорилась.
— Все хорошо.
— А можно эти картины посмотреть?
— Да, давай посмотрим на них.
Я сдернула простыни с картин для правителей, услышав «Ах!»
— Какая мощь идет от этих картин, это кто?
— Почему «кто», здесь же пейзажи?
— Но ощущение, что это люди. Аж мурашки бегают.
— Давай я еще немного поработаю, а ты меня позовешь через пару часов. Я приглашена на ужин.
— Ой, леди! Может начнем одевать вас для ужина?
— Нет, хочу поработать. Приготовь мне синее платье и украшения к нему.
— Слушаюсь. — Девушка присела в книксен и ушла.
Я повернулась к работам. «Да, смотришь на них и видишь, как Правитель сидит за рабочим столом и у него постоянно все двигается, вокруг него кипит жизнь. Поэтому, я выбрала для него горную реку с крутыми берегами и множеством порогов. Неспокойный, опасный, властный. Только, на глубине можно увидеть спокойствие, но до нее никто не добирается, разбиваясь о пороги.
На второй изображен горный пейзаж. Пласт снега местами в трещинах. Один неосторожный шум, и лавина сорвется, подминая под себя все, что стоит на ее пути. А сейчас тишина. Солнечный день и кажущееся спокойствие.
Картины приходится писать в одно время, никто не захотел уступать. Сами работы шли легко, стоило вспомнить одного из братьев, и мазки ложились как надо. Когда отходила подальше, чтобы посмотреть, то они притягивали к себе. Анита несколько раз говорила, что не может спокойно ходить мимо них, поэтому пришлось накрыть. Осталось еще немного доработать, но я пока не понимаю, что надо добавить. Привычным движением, накрыла их, и пошла собираться на ужин, не дожидаясь, когда придет горничная. «Может, во время ужина придет решение?»
— Это шедевр! — Высказался старший лэрд, когда увидел картину, — ты настолько достоверно передала настроение нашей встречи, что мне становится страшно.
— Страшно? От чего?
— Какой талант ты в себе носишь, или какая магия в тебе проснется?
— Но ничего не просыпается, не выдумывай, а твоя реакция выглядит шуточной. Признайся, тебе хоть чуть-чуть понравилось?
Вмешался Деол.
— Она действительно великолепна! В нашем мире так не пишут картины, и ты смогла в этом убедиться. Вспомни галерею во дворце, в театре. Твоя работа отличается. Интересно посмотреть другие твои работы…
— А еще лучше, организовать выставку, чтобы о тебе узнали, как можно больше людей. — Поддержал брата Реон.
— Приезжайте завтра, я покажу над чем работаю.
— Принято! В котором часу?
— Давайте вместе пообедаем.
— Договорились.
На следующий день время до обеда тянулось мучительно долго. Я волновалась как отреагируют на картины лэрды, правильно ли поступаю, что вообще показываю им, а что, если им не понравится — и все в таком духе.
Раздался звонок, братья Ботковири вошли, сняли верхнюю одежду, и хотели завязать светскую беседу, хотя по их движениям можно было догадаться, что им тоже не терпится.
— Нет, я не переживу еще час неведенья, идемте. — Мы прошли в мастерскую, я сняла вуаль с картин, которая пришла на смену простыням… Повисла тишина.
— Это люди. Мужчины. Они очень сильные.
— Но это не Аллерские. Признавайся, кто завладел твоим сердцем?
— Что? Ты о чем? С чего решил?
— В этих картинах не хватает одного объединяющего звена, элемента, назови как хочешь, но общее на них должно быть. —
— Согласен!
— Я подумаю, спасибо за идею!
Обед прошел весело и непринужденно. Делились смешными историями и вкусовыми пристрастиями в еде. Царила семейная атмосфера, но все когда-нибудь завершается, так и наш обед. Как выяснилось, братья зря времени не тратили. Привезли расчеты по поставке ткани, а также и сами образцы.
— Мы не знаем, когда тебя могут вызвать во дворец, поэтому поспешили.
— Это очень предусмотрительно.
Лэрды уехали по своим делам, предварительно договорившись о повторении, а я умчалась в мастерскую, чтобы закончить картины. Но это я наивно полагала, что закончить, у картин было свое мнение. Я пыталась нарисовать им выдуманное объединение: страна, цель, жизнь. Но все было не то.