-Пожалуйста... -глаза заслезились, - Скажите хотя бы, за что я здесь? - и с мольбой посмотрела в глаза охранника, который всё же решил немного сжалиться надо мной.
-Вы обвиняетесь в покушении на убийство лорда эри Сандера Квитори третьего. - мои глаза, чуть не вывалились прям на охранника.
-Какое покушение, я ничего не совершала! - в ужасе прошептала я.
-Верховный суд определит степень вашей виновности в предъявленном обвинении. - отрапортовал он, и решив, что разговор на этом окончен вышел за решётку, а та стала закрываться.
-Постойте! - в последний момент вскрикнула я. - А когда состоится суд?
-Через два дня. - и на этом наш короткий диалог был закончен.
Ноги больше не держали меня и я с силой бухнулась на матрас и застонала от боли. Копчик после ушиба всё ещё неимоверно болел. Но вскоре я застонала совсем по другому поводу, осознавая, что мне крышка. Причём большая такая, и не прозрачная, ещё и без ручки.
Какие то дурацкие обвинения. Покушение на убийство? Я же никого не хотела убивать, тем более какого то там лорда. Сандер, Сандер... Я уже слышала это имя и тут я вспомнила. Меня прошиб озноб. Таким именем Сашу называл тот старик в хламиде. Сандер пострадал, но не умер. Похоже мой всплеск обошёлся ему боком. Но я же не виновата! Эта проклятая магия мне не подчиняется ни разу. О каком покушении может идти речь. Размышляя на данную тему я подумала о Вергусе. Хоть я и переживала больше за себя, но и за него тоже, ведь долгое нахождение вдали от меня грозило ему сильным истощением. А продержат меня здесь ещё два дня. Неизвестно сколько я пробыла без сознания. Значит ему тоже туго приходится и если я умру то и он тоже. Надеюсь он не позволит этому случится, если ему жизнь дорога. Тяжко вздохнув, решительно потянула миску к себе. Всё же кушать очень хотелось. Посмотрела, что было внутри и скривилась. Какая то каша, коричневого цвета, больше напоминавшая то самое и сухой ломоть хлеба. Попробовав кашу, тут же отодвинула миску с ложкой от себя подальше. На вкус она была как помои, хотя я никогда их не пробовала, но предполагаю, что они именно такие. Взяв сухарь , начала его потихоньку грызть и думать о своей незавидной судьбе.
Получается, через два дня состоится суд над моей бренной тушкой и если я не докажу свою невиновность, полагаю меня казнят. Не думаю, что в этом мире есть тюрьмы пожизненного заключения. Ведь это не простой крестьянин, а сам лорд эри как там его. В общем, нужно будет устроить тотальный допрос охранника в следующий раз, потому что два дня с одной миской не понятной бурды я точно здесь не протяну. Догрызла сухарик и тихонько прилегла на одеяло. Снова стало так жалко себя и в глазах появились слёзы. Я встряхнула головой и дала себе мысленный пинок. Хватит ныть! При охранник можно, глядишь пожалеет, а одной никак нельзя. Новая истерика нам ни к чему. Подёргав немного ошейник, подумала, что нужно будет и о нем спросить, провалилась в нервный сон.
7.2.
Две луны ярко освещали дорогу посреди леса, по которой на коне скакал воин. Он был обнажен, не считая повязки на бёдрах и меча за спиной на ремнях. От быстрой скачки ветер развивал его длинные волосы цвета спелой вишни, перевязанные ремешком из кожи. Воин спешил и очень нервничал, это было заметно по сжатым в тонкую линию губам. Пыль из под копыт оставляла шлейф за лошадью. И вот наконец то недалеко показалось поселение и он рванул ещё быстрее подгоняя пегатого и уже взмыленного жеребца кнутом. Обернувшись, на краткий миг ему почудилась тень среди деревьев. Воин достаёт меч из за спины и скачет уже во весь опор, держа оружие на готове. Но неожиданно конь запинается обо что то и валится на землю не в силах устоять, роняя своего пассажира. Мужчина подскочил и не обращая внимания на лошадь вышел вперёд с мечом в руках готовый постоять за свою жизнь, чего бы ему это ни стоило.Он впервые за свою жизнь испытал страх, что то неведомое преследовало его, вызывая жуткий скользящий холодок можду лопаток. Это что-то хотело его смерти, с невиданной скоростью нагоняя свою жертву. На встречу ему вышла девушка в такой же набедренной повязке и распущенными волосами прикрывающими голую грудь. Девушка была ужасно прекрасна. Чёрные как смоль волосы, вьющиеся и доходящие ей до бедра и белоснежная кожа с прожилками синих вен. Глаза её полыхнули алым и тут женщина усмехнулась сказав: