После сытного обеда я заняла мягкое кресло в гостиной у камина, поджав ноги под себя и углубляясь в чтение учебника по древним рунам. Информация была сложной, объёмной и непонятной. Приходилось по несколько раз перечитывать одно и то же предложение, а порой и слово, полагаясь на интуицию в его понимании (сноски в этом учебнике были редким явлением, как хорошее настроение Северуса Снейпа… хотя, всё же, почаще).
«Почему автор выбрал такой сложный язык повествования? — в очередной раз перечитывая комментарий к руне первого атта «Ансуз», думала я. — Хотел кому-то что-то доказать?»
Без некоторых терминов вполне можно было обойтись, смысл не терялся, а даже наоборот, легче улавливался. Целые абзацы были написаны так, что хотелось плакать!
— Вот ты где! — воскликнул кто-то.
Я совершенно незаметно вздрогнула, подумав, что обратились ко мне, но, к счастью, я оставалась невидимой для всех. Меня можно было заметить, если подойти к камину ближе, но вернувшиеся с Хогсмида однокурсники были увлечены рассказом о том как погуляли. Отвлекаясь от чтения, я внимательно прислушалась. Голос казался знакомым, но, притаившись в кресле, я не спешила обозначать своё присутствие, решив подслушать чей-то рассказ о волшебной деревне.
— Гляди, сколько мы тебе всего принесли! — зашуршали обёртки, высыпаемых сладостей.
— Спасибо. Ну как там, в Хогсмиде? Где вы были?
«Кто-то помимо меня решил тоже не идти наслаждаться жизнью?»
— Ой, Гарри, где мы только не были! — я легко узнала голос Гермионы. — И в магазине волшебных принадлежностей «Дэрвиш и Бэнгз», и в лавке диковинных штучек «Зонко», и в пабе «Три метлы».
— Сливочное пиво там просто отпад!
«А это, видимо, Рон».
— А почта, Гарри! — продолжила счастливо вещать Грейнджер. — Двести сов, каждая на своей полке, у каждой свой цвет, чем сова быстрее, тем цвет ярче.
— Да ну этих сов! Ты лучше послушай, Гарри, в «Сладком королевстве» новый сорт сливочной помадки! Всем дают бесплатно попробовать. Я и тебе прихватил. Вот, держи.
— А в «Трех метлах» мы, кажется, видели огра… Кто только туда не заходит!
Они так восторженно, взахлёб и наперебой рассказывали как прошёл их поход в Хогсмид, что я даже начала жалеть, что не пошла… Да пусть даже одна!
— Жаль, что нельзя было захватить сливочного пива. Так хорошо согревает! А ты что делал? Готовил уроки?
— Да нет, так… пил с Люпином у него в кабинете чай. Потом пришёл Снейп…
«Снейп? Зачем?»
Я прищурилась, внимательнее прислушиваясь.
— Он принёс Люпину какое-то зелье, не знаю, поставил кружку на стол и сказал выпить сейчас…
— А Люпин это как-то объяснил? — удивлённым тоном спросила Гермиона.
— Сказал, что ему не здоровиться, а это зелье сложное и его может приготовить только Снейп, — ответил Гарри.
— И Люпин выпил? Он что, чокнутый?
— Вряд ли Снейп отравил бы Люпина на глазах у Гарри, — медленно произнесла Гермиона.
— Ну знаешь, от него можно всего ожидать, — ответил Гарри. — Мы опаздываем на праздничный ужин.
Когда троица вышла за портрет Полной Дамы, я встала с кресла и потянулась, разминая затёкшие мышцы и суставы.
— Иногда подслушивать полезно.
«Интересно, у них есть какие-то особые причины считать, что профессор зельеварения на такое способен или это просто крайняя степень неприязни?»
Через пару минут я тоже покинула гостиную Гриффиндора и направилась на хэллоуинский ужин в Большой зал.
«У Снейпа, конечно, гадский характер, и я его прекрасно испытываю на своей шкуре на дополнительных, но я не могу отрицать, что, как преподаватель, он даёт неплохие знания. А во время занятий… Тут уж как повезёт. Будешь делать всё как следует, то и твоя нервная система останется целой».
Я вздохнула, отвлекаясь на группку шумных и весёлых студентов проносящихся мимо меня.
«В любом случае, он не настолько безумен, чтобы травить своих коллег, максимум кого-нибудь из студентов Гриффиндора».
***
Желая как можно раньше попасть в свою комнату и избежать толпы, которая неизбежно должна была образоваться перед портретом Полной Дамы, потому что всему Гриффиндору, без преувеличения, нужно было вернуться в гостиную, я покинула Большой зал в первых рядах. Однако, это не коим образом мне не помогло. Несколько человек замерли перед портретом с растерянными лицами.
— Что происходит?
— Сама посмотри, — парень-старшекурсник немного отступил, пропуская меня вперёд.
Полная Дама исчезла, холст искромсан, пол под рамой усеян лоскутами, целый клок полотна совсем вырван.