Рука Шейна скользнула к моему подбородку. Придержала его, как будто он опасался, что я отвернусь или опущу голову. Пустая предосторожность. На какое-то время я даже забыла, как дышать.
А затем Шейн поцеловал меня. Легко, почти невесомо. Его губы лишь на несколько секунд прикоснулись к моим. Но все это время мое перепуганное сердце не билось вовсе.
Наконец, он чуть отодвинулся. Со своей привычной усмешкой посмотрел на меня.
– Вы… – От волнения я вновь перешла на подчеркнуто официальный тон. Почему-то мне казалось, что в этой ситуации так будет уместнее всего.
– Ах да, на брудершафт-то мы так и не выпили, – по-своему отреагировал Шейн. – Исправим оплошность?
– Что? – растерянно переспросила я.
После всего случившегося я никак не могла собраться с мыслями. Поэтому смысл высказывания Шейна ускользнул от меня.
Блондин негромко фыркнул от смеха. В отличие от меня, он получал искреннее наслаждение от всей этой сцены. Полагаю, больше всего его забавляла моя реакция.
Повинуясь его движению руки, со столика с напитками немедленно взмыли в воздух два бокала. Его, к которому он почти не прикоснулся за разговор с моим отцом. И тот, который стоял словно налитый про запас.
– Вы… – опять попыталась я выдать рассерженную речь про недопустимость такого поведения.
Шейн быстро и незаметно всунул мне в руки послушно подлетевший бокал. Чокнулся своим и торжественно провозгласил, невежливо перебив меня:
– За наше близкое знакомство и дальнейшее плодотворное сотрудничество!
Я без особой охоты, но все-таки пригубила вина, желая смочить пересохшие от волнения губы и горло. А заодно надеясь унять нервную дрожь.
– Отлично! – Шейн, все так же не давая вымолвить мне и слова, с такой же потрясающей ловкостью отобрал у меня бокал. Отправил его вместе со своим в обратный полет к столику.
– И все-таки вы… – сделала я третью попытку возмутиться.
Новый поцелуй оборвал меня.
На этот раз он длился дольше. И был гораздо более напористым.
Я не могла поверить в то, что это происходит со мной. Не могла поверить, что Шейн дотрагивается до меня, обнимает и целует.
Удивительно, но при этом я больше не боялась. Царапнула было слабая мысль о том, что рядом со мной не человек даже, а демон. Но тут же исчезла без следа. Он был рядом. Он сжимал мою руку. Я чувствовала его горячее дыхание на своей шее. И все остальное было совершенно неважным.
– Теперь мы на «ты», – предупредил меня Шейн, отстранившись. – Иначе поцелую и в третий раз. Поняла?
– А-ага… – чуть запинаясь, отозвалась я.
– Ну что, звать Мрака? – поинтересовался Шейн.
Я напряглась при имени фамильяра. Но внезапно с удивлением поняла, что страх перед пауком исчез.
Шейн прочитал ответ по моим глазам. Прищелкнул пальцами – и Мрак материализовался.
Паук сидел на спинке кресла, стоявшего напротив. В его позе мне почему-то почудилось скрытое неудовольствие.
– Развели тут розовые сопли в карамельном сиропе, – хмуро пробормотал он. – Больше так не делайте! И тебя, красавчик, это в особенности касается. Знаю я таких, как ты.
– Каких? – не удержалась я от закономерного любопытства.
– Кристабелла, я создание, почти целиком состоящее из магии, – пояснил Мрак. – Следовательно, чужие чары чувствую преотлично. У твоего приятеля очень темная направленность дара. Не посчитай меня занудой, но в нынешних обстоятельствах не самое удачное знакомство.
– Ты мало знаешь про нынешние обстоятельства, – резонно возразил Шейн. – Как я понимаю, после смерти Ивы Петерсон большую часть времени ты провел в спячке, потому что ее дочь Аманда хоть и была ведьмой, но упорно отказывалась от своей силы.
– Вообще-то, моя спячка закончилась около года назад, – вдруг возразил Мрак. – Пусть я и не был полностью активен, но узнал достаточно. В мире к ведьмам стали относиться лучше, но магический надзор по-прежнему строго следит за соблюдением всех законов Трибада. И вряд ли там одобрят связь одной из ведьм с одним из демонов.
– Ты ошибаешься в последнем утверждении.
И Шейн словно с ленцой продемонстрировал пауку свой медальон.
Глаза Мрака полыхнули ярким изумрудным пламенем удивления.
– Однако, – протянул он после короткой заминки. – Такого я точно не ожидал. Демон на побегушках инквизиции?
– Не на побегушках. – Безмятежная улыбка Шейна слегка поблекла после столь обидного высказывания, и он сухо добавил: – Я не совсем сотрудник магического надзора. Оказываю ему скорее консультативные услуги и сугубо по собственному желанию.