Воздух посередине гостиной странно замерцал, сгущаясь на глазах. А затем вдруг разродился подобием портала, из которого безжизненным кулем вывалилась какая-то женщина.
От неожиданности я едва не раздавила бокал, осознав, что смотрю на Эмилию. Она лежала прямо передо мной, широко раскинув руки и уставившись мертвым остекленевшим взглядом в потолок.
– О небо! – пропищала тонко и перепуганно. – Ты что… убил ее?
Ингмар уже был на ногах. Он стремительной тенью преодолел те несколько шагов, которые отделяли его от тела. Присел на корточки и с нескрываемой обеспокоенностью приложил два пальца к шее Эмилии в попытке нащупать пульс.
– Да жива она, жива, – снисходительно уведомил Шейн. – В глубоком анабиозе. Мне пришлось воспользоваться замораживающей магией. Нейтрализующее заклинание – и она придет в себя. Правда, еще с неделю ходить не сможет.
Я с нескрываемым облегчением выдохнула после этих слов. Не могу сказать, что мне нравилась Эмилия. Все-таки она пыталась убить меня. Да и мелких гадостей делала предостаточно. Но все-таки я была рада, что она осталась в живых. Пусть лучше ответить за свои преступления перед законом после суда.
– Я думала, ты отвез ее в Дарес еще неделю назад, – все-таки вырвалось у меня.
Шейн выразительно посмотрел на меня, и, опомнившись, я прикусила язык.
Кажется, я сболтнула то, что не стоило говорить.
– Стало быть, она здесь в таком состоянии уже неделю? – спросил Ингмар. Выпрямился и посмотрел на Шейна.
– Ага, – подтвердил тот. – Я и говорю: ходить после снятия чар она еще долго не сумеет.
– Почему ты не доставил ее ко мне сразу же?
Я на всякий случай отодвинулась вместе с креслом подальше. Ингмар говорил спокойно, но я видела, как на его виске бешено бьется синяя жилка. Сдается, он на грани настоящего взрыва.
– Потому что в этом случае ты бы немедленно явился в Вильмор лично в поисках гримуара Ивы Петерсон, – честно ответил Шейн. – Конечно, нашел бы его. В твоих способностях я не сомневаюсь. И тогда Криста потеряла бы последнюю надежду стать ведьмой.
Ингмар на неполную минуту зажмурился, явно пытаясь утихомирить разбушевавшиеся нервы.
– А почему в таком случае ты ждал столько времени, чтобы отдать мне гримуар? – воспользовавшись образовавшейся паузой, влезла я с вопросом. Добавила с нескрываемой претензией: – Я из-за этого провалила экзамен и не попала в грегскую ведьминскую школу!
– Вообще-то, именно поэтому я и не торопился помочь тебе с обретением силы, – любезно разъяснил мне Шейн. – Нечего тебе делать в этой глупой школе. Все равно там ничему полезному не научат.
– Ну почему же? – не согласилась я, вспомнив о погибшей в огне лавке. – Меня могли бы научить хотя бы правильно использовать силу.
– Сама научишься, – отмахнулся от моего возражения Шейн. – В случае чего – я помогу.
Я изумленно хмыкнула от такого заявления. Ну надо же! Неужели Шейн решил стать моим учителем? С чего вдруг такая честь?
Ингмар тоже заинтересовался словами блондина. Я заметила, как его бровь дернулась вверх, но он ничего не сказал, продолжая внимательно слушать.
– К тому же твое внезапное пробуждение магического дара наверняка вызвало бы много пересудов, – добавил Шейн. – Любая ведьма это прежде всего женщина. А женщины любят посплетничать. Я с большим уважением отношусь к госпоже Рии Леммор и прочим членам приемной комиссии. Однако абсолютно уверен, что если бы ты прошла испытания – то уже к вечеру об этом судачил бы не только Вильмор, но и весь Грег.
– И что в этом плохого? – Я пожала плечами.
– Что плохого? – переспросил Шейн, удивленный, что надо объяснять настолько очевидные вещи. – Девочка моя. В мире не так много способов пробуждения спящего потенциала. Той же госпоже Рии Леммор они прекрасно известны. Уже на следующий день в магический дозор отправилось бы донесение, что ты заключила сделку с демоном.
– Но так…
Я запнулась, не в силах правильно сформулировать следующую фразу, а скорее, не уверенная, что стоит вовсе об этом говорить.
Потому что Ингмар Вейн, руководитель магического надзора, стоял рядом. И он уже в курсе, что именно Шейн помог мне пробудить силу ведьмы. Какой тогда смысл беспокоиться о том, что произошло бы в любом случае?
– Смысл в том, Криста, что Ингмар – далеко не весь надзор, – по своему обыкновению ответил на мои мысли Шейн. – Я уверен, что он молчать о твоем внезапном превращении в ведьму будет. А вот его подчиненные – вряд ли.
– С чего вдруг мне об этом молчать? – удивленно спросил Ингмар. – Шейн, вообще-то, ты только что признался, что Кристабелла Петерсон совершила недопустимый ритуал темной магии и призвала демона. Заметь, за язык тебя при этом никто не тянул.