– Дурное всегда происходит некстати, – негромко проговорил Ингмар. – Ладно. Бывали у меня времена и похуже. Давайте думать, что делать дальше.
В комнате после этого стало тихо. Видимо, все присутствующие разом ударились в размышления о плане дальнейших действий. И судя по тому, как при этом они согласно нахмурились – размышления были весьма нелегкими.
Я нервно завертелась в кресле, очень желая подать голос, но не решаясь. Надо же. Скажи мне всего пару недель назад, что я познакомлюсь с верховной ведьмой Грега и главой всего магического надзора – ни за что бы не поверила. Да что там. Я до сих пор не верила, что стала ведьмой. Поэтому то и дело украдкой трогала метку, проверяя, не исчезла ли она так же внезапно, как и появилась.
После всего услышанного у меня появилась одна идея. Но я отчаянно трусила первой прервать затянувшуюся паузу.
А вдруг я скажу какую-нибудь глупость? И тогда меня поднимут на смех, посоветовав не высовываться. Мол, Криста, мелкая ты сошка. Сиди молча и не мешай взрослым дядям и тетям решать серьезные проблемы.
– Да, Кристабелла?
Как ни странно, первым мое ерзание заметил Ингмар. Он медленно моргнул и одарил меня своим фирменным замораживающим взглядом.
Ой. Теперь я жалею, что пыталась привлечь чье-либо внимание. Как у него это все-таки получается? Вроде бы, смотрит даже с дружелюбием, но от ужаса кровь в жилах леденеет.
– Ты что-то хотела сказать? – поинтересовался Ингмар, выжидающе вскинув бровь.
– Э-э… нет… – промямлила я, сгорая от смущения. – То есть, да…
– Смелее, – подбодрил меня Ингмар. – Мы тебя внимательно слушаем.
– Просто… – Я отчаянно пыталась подобрать слова. Набралась мужества и затараторила, силясь выплеснуть свои мысли: – Убийства произошли в Вильморе. И магический след вел к моей сгоревшей лавке. Это ведь улика, правда? И улика не фальшивая, потому что определила это сама госпожа Аддамс.
– Криста! – процедил Шейн, и я осеклась, осознав, что все-таки сболтнула что-то лишнее.
– Да ладно тебе, – неожиданно заступилась за меня Тесса. – Вроде бы, мы договорились работать сообща. Было бы глупо скрывать такую важную информацию от Ингмара.
– Вот именно, – подтвердил последний. Ободряюще улыбнулся мне и ответил: – Если честно, я только что об этом услышал. И огромное тебе за это спасибо. Магические следы остывают быстро. К тому же у меня не было времени осмотреть места происшествий. Но полагаю – ты права. Эта улика. И, наверное, единственная стоящая на настоящий момент.
– Только не начинай свою старую песнь о том, что Криста в чем-то виновата, – сурово предупредил его Шейн.
– Даже не думал. – Ингмар покачал головой. – Шейн, будь у меня хоть крохотные сомнения в том, что ты или твоя подопечная могут иметь к этому отношение – то разговор бы мы вели в камере надзора. И при этом вы были бы в антимагических наручниках, уж поверь.
Наверное, угроза Ингмара могла бы прозвучать смешно. В конце концов, он обычный человек, а Шейн – полудемон. Но почему-то я верила ему. Вот просто верила – и все тут.
А вот Шейн, судя по скептической усмешке, – нет.
– Ладно, не будем развивать эту тему, – мудро предложил Ингмар, видимо, не желая начинать пустой спор. Опять посмотрел на меня и доброжелательно проговорил: – Ты ведь еще что-то хотела сказать. Верно?
– Да, – выдохнула я. – Понимаете, у меня, конечно, нет опыта в магии. До недавнего времени я вообще не владела ею. Но я прочитала много книг по искусству построения заклинаний…
Запнулась, вдруг осознав, что внимание всех присутствующих обращено именно ко мне.
Аж жарко стало в перекрестии этих взглядов. И опять накатил страх, что я скажу какую-нибудь глупость и тем самым опозорюсь перед всеми.
Зря я вообще голос подала! Сидела бы и дальше тихонечко.
– Ну? – поторопил меня Ингмар, когда пауза чрезмерно затянулась. – Кристабелла, раз уж начала – то будь добра закончить.
– Все то время пока вы ругались… то есть, беседовали, я думала, как такое вообще возможно, – смущенно сказала я. – В книгах не раз подчеркивалось, что рисунок чар каждого человека индивидуален. Это как подпись, мол, это сделал я. И эту подпись нельзя изменить или подделать.
Я остановилась, нервно провела языком по пересохшим от волнения губам. Так, осталось самое сложное: внятно изложить ту идею, которая мне пришла в голову.
– Как выяснилось, эту подпись все-таки возможно изменить, – фыркнул Маркус. – Поисковые чары ведь привели к твоей лавке. А мы вроде как согласились считать, что ты к убийствам не имеешь отношения. Или все-таки решила признаться в преступлении?